lafeber (lafeber) wrote,
lafeber
lafeber

Categories:

Четвертая глава 008

Мао, Маленков, Китайское лобби, Маккарти, Сталин и Трумэн уяснили каждый для себя, что достижение общественного согласия по вопросу Холодной войны не было лишено осложнений. Погруженный в мрачные мысли президент, находясь под давлением критики у себя в стране и факта наличия советской атомной бомбы, потребовал полномасштабного пересмотра политики и стратегии США в Холодной войне. В начале 1950 года Совет по национальной безопасности начал работу над крайне секретным документом (рассекреченным только четверть столетия спустя, да и то случайно), который будет вскоре известен как директива СНБ-68. Трумэн ознакомился с этим исследованием в апреле, и оно было полностью готово для применения, когда в Корее вспыхнула война.

СНБ-68 оказался для США тем самым чертежом, по лекалам которого велась Холодная война. Документ начинался с двух предположений, которые царили над всем текстом. Во-первых, глобальный баланс сил претерпел радикальные изменения с девятнадцатого века и в мире единственными доминирующими государствами остались только США и СССР: «Что стало для нас новым открытием, что подпитывает этот продолжающийся кризис, так это поляризация силы, которая неизбежно сталкивает рабское общество со свободным». Это была концепция нас против них. Во-вторых, «Советский союз, не как предыдущие кандидаты на роль гегемона, воодушевлен новой фанатичной верой, прямо противоположной нашей, и ищет пути, как бы навязать свою абсолютную власть», сперва в «Советском Союзе, а затем в территориях, находящихся под его контролем». Затем следует ключевая фраза: «В головах советских лидеров, однако, достижение этого замысла требует динамичного расширения их власти … В этом ключе советские усилия направлены на доминирование в Евразии» (*35).

Два высокопоставленных эксперта Государственного департамента по делам СССР, Джордж Кеннан и Чарльз Болен, выступили против использования этих фраз. Они считали, что у Сталина не было генерального плана по завоеванию мира, что его внимание было в значительной степени сфокусировано на советском блоке и что, будучи консерватором, он крайне боялся растянуть, распылить, перенапрячь советские силы. Кеннан пошел дальше, споря и утверждая, что не стоило вообще сочинять СНБ-68, так как директива скует внешнюю политику США, сделает ее излишне простой и милитаристской. Ачесон отклонил претензии Кеннана и Болена (*36). Государственный секретарь решил начать глобальное наступление с целью перехватить инициативу в Холодной войне и заткнуть критику дома. Для этого ему были нужны оправдывающие обстоятельства. Таковыми станут его собственная точка зрения на советскую угрозу. Этот персонифицированный взгляд станет армированным каркасом СНБ-68.

Принимая во внимание взгляды Ачесона, документ пришел к неизбежному выводу: Соединенные Штаты должны возглавить процесс отстраивания успешно функционирующей политической и экономической системы свободного мира», так как «отсутствие порядка среди государств становится все менее и менее терпимым». Навязать «порядок» на всей земной поверхности представлялось довольно трудоемкой задачей, но Соединенным Штатам это было по плечу. Ключом станет военная мощь, которая сможет сдержать «нападение против нас», пока американцы заняты переформатированием мира для того, чтобы «наше свободное общество могло процветать». Но уверенность администрации в применении военной силы вышла за пределы концепции просто сдерживания: войны ограниченного действия можно было вести для того, чтобы «принудить к принятию условий соответствующих нашим целям». Для ведения подобной войны от страны требовалось мобилизовать всю свою экономику и экономики своих союзников для широкого военного действия. Незамедлительно требовалось наращивание военного потенциала, особенно по причине того, что западные экономики вступят в рецессию «самое позднее через несколько лет … , если не разработать более активные правительственные программы». Кризис стоял на пороге.

В своем заключении, таким образом, СНБ-68 рекомендовал (1) не вести переговоры с СССР, так как условия не были достаточными для того, чтобы заставить Кремль «изменить свою политику существенным способом»; (2) разработку водородных бомб для отрыва от СССР с его эффективным атомным арсеналом, которым он, возможно, обзаведется к 1954 году; (3) быстрое строительство обычных вооруженных сил для сохранения интересов США без необходимости начинать атомную войну; (4) большое увеличение налогов для оплаты этого нового дорогостоящего наращивания военных сил; (5) мобилизацию общества США, включая принятия всеми гражданами США «консенсуса», созданного правительством, по вопросу необходимости «принести жертву» и «единства»; (6) выстроить систему крепких союзнических отношений под эгидой США; (7) и – как венец мысли – подрывать «советский тоталитариат» изнутри, превратив «русский народ в наших союзников в этом предприятии». То, как это следовало достичь, осталось за кадром. Но не важно. Трумэн и Ачесон больше не были удовлетворены сдерживанием. Они желали отступления Страны Советов по всем фронтам и абсолютной победы (*37).

Но, как и раньше в начале 1947 года до того, как Трумэн «привел в ужас» граждан США, так и сейчас они не были готовы нести такие расходы ради победы. Республиканцы и многие демократы требовали понижения налогов. Даже министр обороны Льюис Джонсон выступил против СНБ-68, утверждая, что стратегии Ачесона приведут страну к банкротству. Государственный секретарь, в конце концов, вынудил военное руководство принять призыв гражданских чиновников к увеличению оборонного бюджета. Советский Союз в это самое время вел себя тихо и сдержанно. Политические обстоятельства угрожали уничтожить надежды Ачесона на то, что можно будет использовать СНБ-68 для строительства глобальных «позиций силы». Только он, президент и еще несколько чиновников четко понимали, что следовало делать. СНБ-68 был политикой поиска возможностей, случая. И такой случай появился на горизонте 25 июня 1950 года, когда, по признанию Ачесона и его помощников, «пришла Корея и спасла нас всех» (*38).

(*35) “NSC-68. A report to the National Security Council by the Executive Secretary on United States Objectives and Programs for National Security, April 14, 1950, Washington,” pp. 4,8,6,34. (Далее цитируется как “NSC-68”).
(*36) Paul Y. Hammond, “NSC-68: Prologue to Rearmament.” In Warner P. Schilling et al., eds., Strategy, Politics and Defense Budgets (New York, 1962), pp. 308-311.
(*37) “NSC-68”, pp. 9,12, 25-26, 31, 45, 57, 23, 65, 24,10. Также для понимания разных перспектив этого документа см. Ernest R. May, ed., American Cold War Strategy: Interpreting NSC-68 (Boston, 1993).
(*38) Princeton Seminar, July 8-9, 1953, Acheson Papers, Truman Library.

Немного о советском ответе на B-36, или "у страха глаза велики":
http://youroker.livejournal.com/35966.html


Tags: СНБ-68, Холодная война
Subscribe

  • До Триеста на Адриатике (1946-1948)

    Молотов: «Что касается параграфа С, то мы считаем, что представители судебной власти [в Триесте] должны быть выборными персонами, как это принято в…

  • Ты вся горишь в огне (1979)

    В 2017-18 годах кресло представителя США в ООН занимала Никки Хейли. Это женщина, относительно молодая (по привлекательности попадает с Сарой Пейлин…

  • Недлинные телеграммы, которые мы потеряли (1946)

    «Длинная телеграмма» Кеннана была рассекречена в 1976 году в рамках планового и обширного обнародования дипломатической переписки Госдепа за 1946…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments