lafeber (lafeber) wrote,
lafeber
lafeber

Category:

Вторая сессия СМИД (апрель-май 1946)(ч.2)

VII Франция

Бидо имел приватную беседу с Бирнсом 1 мая, на которой выразил свою обеспокоенность отсутствием подвижек в работе сессии. Наблюдательный Бидо заметил, что Советы прислали на сессию 300 человек, 100 из которых были сотрудниками безопасности [203]. Бидо посчитал, что СССР планировал что-то серьезное, то есть, привез с собой секретные бумаги с серьезными предложениями, которые придерживал до поры до времени. СССР был готов к меновой торговле, но готов ли Бирнс «умиротворять» Советский Союз? Бирнс ответил на это, что ситуация в Иране открыла глаза американской и мировой общественности, и дальнейшее соглашательство вызовет только критику в его адрес. Бидо также был против политики «умиротворения», но сказал, что его боязнь перед «казаками с нагайками на Площади Согласия» и слабость французских войск вынуждают его проявлять осторожную гибкость [204]. Что касается Ливии, то Бидо со всей страстью выступил против ливийской независимости, которая могла бы внести смятение в умы североафриканских подданных Франции. Далее обсудили внутреннюю политику. В июле во Франции должны были состояться выборы в Ассамблею, которые Бидо ожидал с оптимизмом. Коммунисты вряд ли получат больше мест, достигнув пика своего влияния. А вот «врожденные имбецилы справа» [RGR или RPL?] скорее всего свое число мест увеличат за счет его собственной партии (MRP). Уменьшение рациона привело бы к нежелательным эффектам.

Потом переключились на французский заём, который тогда еще обсуждался с Эксимбанком. С точки зрения Бидо упредительная новость о положительном решении оказала бы благотворное влияние на итоги выборов. Бирнс в тот же день позвонил Трумэну из Парижа, и президент дал поручение Уильяму Клейтону (замгоссека по экономическим делам) помести по сусекам и выдать слепленного долларового колобка Франции. Напоминаю, что в те же дни в воздухе подвисла судьба советского займа, о котором ничтоже сумняшеся вопрошал советский дипломат Новиков 10 мая (т.е. на следующий же день после вывода советских войск из Ирана). Первого мая французам заем еще не выдали, это было сделано 28 мая, а средства были найдены в той сумме, что была зарезервирована за Советским Союзом в Эксимбанке с сентября 1945. Банк сей был отнюдь не без дна. Его потолок кредитования был жестко придавлен Конгрессом. Получилось так, что французы конкурировали с СССР за одни и те же доллары, и французы победили в борьбе за симпатии Клейтона [бывший сотрудник FEA, отвечавший за ленд-лиз; он был в антисоветском лагере имени Форрестола] именно в ту неделю.

VIII Дата проведения Мирной конференции

Восьмого мая Бидо напомнил всем собравшимся, что на Московской сессии СМИД решили, что конференция начнется 1 мая 1946, но этот срок очевидно провален. «У нас годовщина победы, и весь мир ждет от нас, что мы объявим дату мирной конференции. Нас просто не поймут, если обойдем эту тему молчанием» [305]. Бирнс предложил 15 июня. Молотов выразил сомнение, что проекты будут полностью готовы к этому времени. Бидо поинтересовался, должна ли быть абсолютная договоренность перед конференцией по текстам договоров или допускаются белые пятна разногласий. Если первое, то зачем тогда вообще проводить конференцию, если другие страны не смогут внести в них свои исправления? Двадцать одно государство будут приглашены на это мероприятие, и они откажутся подписывать мирные договора, в которых Большая Четверка произвольно не учла их замечания. Из этих 21 стран 11 героически воевали бок о бок с американцами, а остальные 10 принимали участие в боевых действиях против Италии [315]. Этим государствам уже пообещали, что окончательные тексты не будут выработаны без принятия во внимание их взгляды. Молотов ответил, что есть фундаментальные вопросы, а есть нефундаментальные. «Фундаментальные вопросы» имеются только в итальянском проекте, не разрешив которые нельзя начинать мирную конференцию, иначе там будут циркулировать два-три проекта одного и того же мирного договора, что в результате приведет к разделению конференции на две-три. Бирнс тогда предложил перенести дату на 1 июля. Молотов сказал, что советская делегация не готова называть дату тогда, когда проекты из-за фундаментальных вопросов еще не готовы. Французский представитель заявил, что он вообще потерял веру в установление конкретных дат, которых никто не придерживается [324]. Бирнс тогда предложил прервать работу сессии и возобновить ее 15 июня, и в первый же день начать обсуждать 15 июля как дату проведения мирной конференции и проект договора с Австрией [387]. Молотов согласился прерваться и обсуждать дату, но не австрийский проект, на который у его перегруженных заместителей времени все еще нет. «С Божией помощью и молитвами мы когда-нибудь осилим это наше послушание» - склонил свою голову Молотов. «Аминь» - отозвался Бирнс.

IX Послесловие

В принципе на этом можно закругляться. Можно, конечно, еще написать про то, как Молотов противился созданию Контрольной комиссии для Италии (взамен распускаемого СКС), которая бы занималась наблюдением за соблюдением Италией пунктов о разоружении [196, 198, 200]. Это нам выйдет боком в 1952, когда Италия начнет перевооружаться в нарушении военных пунктов своего мирного договора. Но тогда, в 1946, стратегия Москвы в отношении Италии содержала двойное дно. Можно было подружиться с итальянским правительством, а для этого требовалось его умаслить чем-то (колониями, быстрым выводом чужих войск с ее территории, подрезкой жил итальянской Компартии). Потеря Триеста привела бы к падению кабинета де Гаспери и уменьшению популярности Компартии Италии. Такие последствия следовало держать в уме и нейтрализовать.

Или упомянуть то, что в вопросе Рура Молотов активно поддерживал французские притязания [398], что можно оценивать как попытку сделать из Франции своего дипломатического союзника в СМИД. И то, что Бирнс не имел возражений против французского предложения по Саару, при условии, если Франция согласится с созданием централизованных экономических структур в Германии, что указывает на то, что вопль генерала Л. Клея из германского СКС достиг-таки ушей госсека и что Франция, а не СССР, тогда расценивалась американцами главной помехой в Германии [427].

Но это всё мелочи. Мелкóты. Основной темой на Второй сессии СМИД остается программа действий советской делегации, которую накóдил опытный кремлевский программист. If... then…else. If …Триест, then…мирная конференция, else…предлагаю продолжить обсуждение дипломатическими каналами. Отказ СССР от опеки над Триполитанией, возможно, был той веткой в программе, в которой все усилия бросались на Триест. Но это всего лишь догадка.

Источники:
FRUS, 1946, vol II.;
Jukka Leinonen, Beginning of the Cold War as a Phenomenon of Realpolitik, Jyvaskyla, Finland, 2012 (dissertation).
Печатнов В.О., Союзники хотят сломить твою волю. Переписка Молотова и Сталина (сентябрь 1945 – декабрь 1946), working paper 26, Woodrow Wilson Center, 1999.

Tags: Бирнс, Италия, Молотов, Советский Союз, Сталин
Subscribe

  • До Триеста на Адриатике (1946-1948)

    Молотов: «Что касается параграфа С, то мы считаем, что представители судебной власти [в Триесте] должны быть выборными персонами, как это принято в…

  • Ты вся горишь в огне (1979)

    В 2017-18 годах кресло представителя США в ООН занимала Никки Хейли. Это женщина, относительно молодая (по привлекательности попадает с Сарой Пейлин…

  • Недлинные телеграммы, которые мы потеряли (1946)

    «Длинная телеграмма» Кеннана была рассекречена в 1976 году в рамках планового и обширного обнародования дипломатической переписки Госдепа за 1946…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments