lafeber (lafeber) wrote,
lafeber
lafeber

Categories:

Третья глава 002

По мере роста силы НФГ Соединенным Штатам пришлось самим подключиться к греческому конфликту. В 1946 году США отправляли туда специальные миссии, влили помощи на $260 миллионов и поддержали британцев. Погруженность в греческие дела и приобретенный опыт позволили Государственному департаменту выработать детальное предложение всего за неделю после того, как Ачесон получил британское уведомление об их несостоятельности. Всего лишь через девятнадцать дней Трумэн смог предстать перед Конгрессом с полноценной программой действий. Уж точно президентский запрос на предоставление $400 миллионов помощи Греции и Турции (речь о Доктрине Трумэна) не стал внезапным резким креном в американской внешней политике.

Доводы речи Трумэна, однако, были радикально новыми. Эти аргументы были выработаны американскими чиновниками, которые очень долго ждали этой возможности. Подготавливая текст речи, «они нашли в нем отдушину для своих профессиональных фрустраций многих и долгих лет» - заявил один из составителей позднее. «Всем присутствующим казалось, что перевернулась новая страница в мировой истории и что они все были удостоены стать свидетелями и участниками такого эпохального события» (*6). Эти слова позволяют понять, почему чиновники подобрали определенные слова и аргументы так, а не иначе. Например, они могли бы просто определить, что в Греции шла гражданская война, и Соединенным Штатам не было необходимости вмешиваться в те кровавые дела. Или же они могли тихо попросить Конгресс продолжать помогать Греции и Турции, перебрасывая в это самое время в эти страны оружие, оставшееся после войны. Администрация, однако, отвергла эти альтернативы, выбрав взамен драматичное появление перед Конгрессом для запрашивания поддержки в глобальной битве с коммунизмом. Советник Белого дома заметил, что обращение «стало сигнальным пистолетом в кампании по политическому просвещению граждан, по донесению до них главной мысли о том, что война ни коим образом еще не закончилась».

Пока сотрудники Государственного департамента подготавливали черновики речи, Трумэн, Государственный секретарь Маршалл и Ачесон встретились с лидерами конгресса. Теплого приема им не оказали. Республиканцы были очень заняты снижением налогов на 20% и секвестром $6 миллиардов из и без того ограниченного бюджета Трумэна. Законодатели сохраняли безразличный вид, пока Ачесон не озвучил аргумент, что угроза исходила не от греческой гражданской войны, но от советского коммунизма; целью был контроль над Ближним Востоком, Южной Азией и Африкой; и этот контроль был частью коммунистического плана по окружению и захвата основной цели, Германии и Европы. Это была схватка между свободой и диктатурой. Защищая Грецию и Турцию, таким образом, американцы защищали свои собственные свободы. «Советский союз играл в самую величайшую рулетку в мировой истории, ничем особенно не рискуя» - заключил Ачесон – «Одни лишь мы можем остановить раскрученный барабан этой азартной игры» (*7).

Конгрессмены были поражены. Молчание сохранялось до тех пор, пока Артур Ванденберг (теперь уже председатель Комитета Сената по вопросам внешней политики) не сказал Трумэну, что обращение к Конгрессу обязательно должно включать аргумент Ачесона. По совету сенатора президент «привел в неимоверный ужас» американских граждан. С того момента в том, что касалось общественного мнения, эта тактика работала хорошо для Трумэна (по крайне мере три года, после чего сенатор Джозеф Маккарти и другие развернули этот аргумент на 180 градусов и обвинили администрацию в излишне мягком обращении с такой ужасной напастью). Президент склонил Конгресс на свою сторону, дав им гарантии, что США будут не только ревизировать расходование каждого цента американской помощи в Греции, но и будут управлять греческой экономикой путем контроля над валютным обменом, бюджетом, налогами, валютой и кредитом.

Внутри самого Государственного департамента, однако, Ачесон столкнулся с оппозицией. Джордж Кеннан, наилучший эксперт по советским делам, яростно протестовал против отправки военной помощи таким странам как Турция, в которой не было внутренних проблем с коммунистами и которая соседствовала с СССР. В отличие от помощи экономической военная поддержка была в состоянии спровоцировать рост напряжения. Ачесон отмахнулся от этого возражения. Шанс повысить военный потенциал Турции был слишком хорош и ценен, чтобы его упустить. Таким образом, словами одного чиновника, «Турцию засунули в духовку вместе с Грецией, потому что это сочетание, казалось, гарантировало выпечку жесткой боевитой птицы». Кеннан также протестовал против резкого идеологического тона и американских обязательств без временных рамок, которые обещались в черновиках речи. К нему присоединились государственный секретарь Маршалл и Чарльз Болен, другой эксперт по СССР, которые заявили Ачесону, что «в речи немного перегнули палку с антикоммунизмом». Ачесон стоял на своем. Маршаллу сообщили, что Трумэн полагал, что Сенат не примет доктрину «без сильного ударения на советской угрозе» (*8).

Ачесон, кстати, осторожничал и не включил центральные экономические вопросы в речь. Он и Трумэн хотели заполучить в свои руки рупор для простого идеологического призыва к действию, который бы был понят всеми; они не хотели, чтобы послание послужило спусковым курком для многоуровневых дебатов вокруг американских нефтяных активов на Ближнем Востоке. Экономические интересы, тем не менее, были очень важны. Сотрудник Государственного департамент Джозеф Джонс отметил, что если Греция и подобные ключевые регионы «свалятся в экономическую анархию, тогда в лучшем случае они постараются проводить независимую националистическую политику; в худшем же их притянет на советскую орбиту», и результатом всего этого станет депрессия, хуже, чем в 1930-х годах (*9).

Свежий и проницательный аргумент Джонса был включен в основную речь Трумэна, произнесенную им в Университете Байлор 6 марта. Обращение придало экономическое измерение Доктрине Трумэна, с которой он выступил шестью днями позже. Президент открытым текстом провозгласил, что если расширение огосударствленных экономик (таких как коммунистические) не остановить и не восстановить доступ на мировые рынки для частных предприятий, то случится депрессия и правительству придется вторгнуться широким фронтом в экономические и личные свободы граждан. «Свобода вероисповедования … свобода слова … свобода предпринимательства» - отметил Трумэн – «Нет сомнения, что первые две свободы родственны третьей». По той причине, что «мир, свобода и мировая торговля являются вещами неразделимыми». Он закончил речь словами: «Мы должны избежать повторения 30-х годов» (*10). Президент озвучил экономические причины, которые привели его к Доктрине Трумэна. Речь в Байлоре (написанная Ачесоном и Уиллом Клейтоном) разъясняла, почему американцы, если они хотели сохранить свои личные свободы, должны были восстановить территории к западу от Железного занавеса до того, как эти земли рухнут в агонии анархии, радикальных правительств и даже коммунизма.


(*6) Joseph M. Jones, The Fifteen Weeks (New York, 1955), pp. 146-147.
(*7) Dean Acheson, Present at the Creation (New York, 1969), pp. 292-293.
(*8) George Kennan, Memoirs, 1925-1950 (Boston, 1967), pp. 315-322; Charles E. Bohlen, Witness to History, 1929-1969 (New York, 1973), p. 261.
(*9) Barton J. Bernstein, ed., Politics and Policies of the Truman Administration (Chicago, 1970), p. 57.
(*10) Public Papers of the Presidents … Truman … 1947 (Washington, 1963), pp. 167-172.

[Карикатура за авторством Fred. O. Siebel. Президент озвучил свою Доктрину Трумэна, и американскому народу ничего не оставалось, как проглотить горькое лекарство необходимости вступить в Холодную войну и вести ее 40 лет.] [На первом рисунке американский народ говорит: "Чего-то отдает горечью"; на бутыли у Трумэна написано "Помощь Греции и Турции". На втором рисунке Трумэн черпает из новой бутыли с надписью "Советская агрессия" и подносит ложку американскому народу, который вопит: "Это еще хуже!"]

siebel0002

Tags: Доктрина Трумэна, Холодная война
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments