lafeber (lafeber) wrote,
lafeber
lafeber

Categories:

Советские промышленные репарации из Западной Германии (1945 - 1951)(ч.1)

А именно на какую сумму и сколько всего заводов было получено из трех западных оккупационных зон? Мне задавали этот вопрос год назад, и я признался в своем невежестве. Для одних историков эта тема лежит в плоскости морали и справедливости – д.э.н. В. Катасонов в 2015 году вскользь и неявно говорит о наших ~$400 млн. [если $1.2 млрд. = их 75%] и сразу же рвется к искомому эмоциональному выводу: «выплаченные [всей] Германией репарации составили всего… 4.4% объема всех ущербов, понесенных Советским Союзом от фашистской Германии и ее союзников». Для других, для коллекционеров экономических фактов и заклёпочников от статистики, это лишний повод полюбоваться на стройные ряды красивых фарфоровых циферок и сдуть с них пылинки. Третьи ищут репарационные следы в быстром восстановлении СССР после войны и сетуют на то, что немцы скинули нам старые производственные линии, а сами провели модернизацию, закупив новые, тем самым заложив основы своего промышленного лидерства на десятилетия вперед. И так далее.


Я же только сейчас допетрил, что, обходя станочный парк Рурской долины стороной, не получается разобраться в сути встреч СМИД в 1946-47 гг. Уж больно много на них ссылались дипломаты тогда (Молотов летом 1946 в середине Парижской сессии, Бирнс в Штуттгартской речи три месяца спустя и Маршалл в апреле 1947 в Москве с его «умирающим на руках пациентом»), пусть и обтекаемо, намеками. Ведь по мере того, как подготовка мирных договоров с бывшими гитлеровскими европейскими подпевалами шла к счастливому завершению (лето 1947), всем погруженным в тему становилось понятно, что вопрос о будущем Германии выходил на самую передовую. А за этим следовало обострение между Советами и Штатами, так как их конкурирующие стратегии вдруг разом активизировались, сталкиваясь друг с другом, раздирая Германию на части. Запущенная немецкая гематома сама собой не рассосалась за 1945-48 гг. Призрак евроинтеграции забродил в Европе, и спешное бегство делегации из восьмидесяти девяти советских экономических экспертов во главе с Молотовым на третий день парижской конференции по обсуждению плана Маршалла в июне 1947 означало срочный пересмотр сталинской по-удавьему выжидательной политики во всё еще единой Германии без границ, с общими марками, с разветвлённой СДПГ, с голодным дневным рационом в 1250 калорий, черным рынком и инфляцией. [«Хватай мешки, паром отходит. Сколачивай Коминформ и готовь Comecon с лета»]. Не кризисы (иранский, турецкий) уже прошедшего 1946 года довлели тогда над умами дипломатов, а уровни экономического развития единой Германии и ее способность к самообеспечению, что подводит к проблеме репараций и первым трем годам работы СКС (Союзнический контрольный совет; Allied Control Council/Authority). Далее предлагаю триптих: источник отечественный, первоисточник западный и выжимки из одной диссертации про британскую репарационную политику в их оккупационной зоне.

I. Критика чистого разума 90-х.

Молотов: Как я понимаю, секретарь Бирнс, ваше предложение заключается в том, что каждая страна будет изымать причитающиеся ей репарации из своей собственной же зоны. И если у нас не получится достигнуть соглашения по этому вопросу, то результат будет ровно таким же.
Бирнс: Да, правильно.
[FRUS, Potsdam II, 439-40, 450, 475]



Боевой командир Семиряга М.И. брал Берлин. Честь и слава. В начале 90-х воспользовался было приоткрывшимися архивами и издал в 1995 книгу под названием «Как мы управляли Германией». Дважды молодец. Книга, опубликованная РОССПЭН, посвящена деятельности СВАГ, а пятая глава – репарациям. По изъятиям оборудования из западных оккупационных зон Германии в этой главе дано мало конкретики, но некоторые цифры были озвучены, что достаточно для точки отсчета, для сравнения с другими источниками. В тексте встретилось несколько ошибок, на которые укажу, не умоляя достоинств автора.

На стр. 119 Семиряга ошибся, когда написал, что «на конференции в Ялте было решено получить от Германии репараций в пользу жертв агрессии на сумму 20 млрд. долларов». Это концептуальная ошибка, которая по-прежнему тиражируется у нас в средней школе. Протокол Крымской конференции гласит, что две делегации согласились принять “ в первоначальной стадии … работы [будущей репарационной комиссии] … в качестве базы для обсуждения предложение Советского правительства о том, что общая сумма репараций … должна составлять 20 миллиардов долларов», а третья делегация (британская) такое согласие вообще не дала. В Потсдамском коммюнике эта цифра вообще не озвучивается, если что.

На стр. 131 Семиряга ошибся с составом IARA (ИАРА, Межсоюзническое агентство по репарациям), когда пишет, что «в это агентство помимо СССР и Польши входили и другие 16 объединенных наций, … имевшие претензии к Германии». СССР и Польша не входили в IARA, и членов там было восемнадцать. ИАРА как раз было создано 14 января 1946 года в качестве единого контрагента для СССР для обсуждения репараций в рамках Координационного комитета СКС, чтобы заводы делили не в шумной базарной обстановке, а один на один (СССР vis-à-vis IARA).

На стр. 154 автор пишет, что «четвертый период (лето 1948 – середина 1950) включал в себя резкое обострение конфронтационности между союзниками, практически полное прекращение демонтажа в пользу СССР в западных зонах…». Во второй части предложения кроется ошибка. В период 1948-50 в западных зонах демонтаж продолжался, и СССР действительно не принял участия в распределении где-то 400 заводов (на раздачу ~270 успел попасть). И здесь нужно различать понятия «распределение», «демонтаж» и «вывоз». Распределение в пользу СССР приостановилось в январе 1948 года, но демонтаж ранее распределенного и вывоз этого демонтированного оборудования в СССР продолжался до 1951 года. Поэтому неправильно говорить, что «демонтаж в пользу СССР в западной Германии прекратился после 1948». Вместо этого надо говорить «прекратилось распределение заводов в пользу СССР с 1948 года». В противном случае иначе как волшебством не назовешь перемещение металлургического завода Huttenwerk Essen-Borbeck из британской оккупационной зоны в СССР в 1950 году.

С ошибками покончили. Обратимся к ценной фактуре. На стр. 131 Семиряга подтверждает, что было девять распределений в счет репараций в период с ноября 1946 до ноября 1947, в ходе которых «было намечено передать СССР 293 завода, из них ценных предприятий числом 39». Автор дает ссылку на архив: АВП РФ, ф.0457«г», оп.1, порт.3., п.2, л.89-90. [я не читал эти листы]. В этом предложении много интересного. Во-первых, я сам лично выписал из западного многотомного источника описание девяти заседаний, на которых производились распределения заводов. Упоминание автором «девяти распределений» радует, так как означает, что иду в правильном направлении. Во-вторых, автор не написал про самое-самое первое, т.н. «нулевое авансовое» [Operation RAP] распределение, которое состоялось 10 декабря 1945 года. Почему он опустил его, не знаю. Предположу, что в архиве он нашел не справку-реестр фактически полученных на такую-то дату заводов, а список распределенных (allocated) на союзнических заседаниях заводов за отдельный краткий период, да и то вряд ли. В-третьих, количество заводов, по моему мнению, очень большое. Это число не бьется с данными из другого источника.

На стр. 130-131 автор пишет, что в августе 1945 года заместитель Главнокомандующего армии США в Германии Люсиус Клей предложил для определения жизненно необходимого экономического минимума Германии и тех предприятий, что подлежали демонтажу, отправить смешанную комиссию экспертов во все зоны, но советский представитель тогда не согласился на их посещение своей зоны. Это интересный нюанс, так как тогда, вероятно, впервые будущее экономическое единство Германии было поставлено под вопрос, пусть и неизвестным недальновидным охранителем с инстинктом ночного сторожа. Если наши западные партнеры не могли оценить объем изъятий из Восточной Германии, то затруднялся подсчет уровня промышленного производства будущей единой Германии и, как следствие, возникли задержки с подготовкой списка заводов для демонтажа уже в Западной Германии. Так мы пнули сами себя.

Затем начинается цифровая пурга. Приготовьтесь. На стр. 144 автор пишет, что из Западной Германии в пользу СССР было изъято репараций на сумму 22.4 млрд. марок. Каких марок и входила ли в эту сумму наша доля немецкого торгового флота, Семиряга не уточняет. То в одном месте он заботливо напоминает, что репарации пересчитывались в долларах США 1938 года, а потом в других начинает сыпать неопределенными марками. Такой валютный сумбур сбивает с толка. Вряд ли это была рейхсмарка 1938 года, а то в долларах получается чересчур, что указывает на ее нереальность (6 млрд. долларов; курс 3.75). Даже дойчмарка 1948 года (1:7) не подходит. Там же пишет, что из советской зоны было получено на 66 млрд. марок (или $3,344 млрд. плюс $3171 млрд. остатка минус списание долга по репарациям от 1954 года минус возвращение советских предприятий САО, см. стр.146 –> грубо предположу $3,6 млрд. долларов). Если автор утверждает, что из западных зон СССР получил на 22.4 млрд. марок, а это в три раза меньше полученного из восточной зоны, то в долларах это будет $1.2 млрд. репараций (заводы, торговый флот и, теперь уже учтенный, но ранее отрицаемый, поспешный демонтаж в западных секторах Берлина в мае-июне 1945 года). Я знаю, что такой подсчет вызывает смех, но в свое оправдание скажу, что я ничего не читал по цифрам репараций из советской зоны оккупации (про советскую зону Катасонов В. пишет $4.080 млрд. долларов; Зубок В. – $5.7 млрд., но почему-то берет период до 1960, забыв про прощение долга в 1954) и не планирую в среднесрочной перспективе, а также выскажу претензию автору и архивам, что те так и не породили на 1995 год одну конкретную цифру – оценка стоимости полученных на 1951 год репараций из западных зон в долларах США (в ценах 1938 года). С цифрами у них получились конфуз и содомия. Зафиксирую хлипкую цифиръ: $1.2 млрд. всех советских репараций из Западной Германии.

И, наконец, на стр. 145 рассказывается про Межведомственную комиссию под управлением главного статистика Старовского. Методика подсчета репараций из Западной Германии базировалась на весе: 1257 рейхсмарок (1938 года) за тонну минус 66% скидки за износ [это важное подтверждение, так как в других местах я встречал жалобы немцев на то, что союзники-оккупанты специально занижают стоимость их «нового» оборудования втрое]. Старовский писал отчеты в 1948 и 1950 годах. Нужных цифр я тут не увидел, так как автор зациклился на получении репараций из восточной Германии ($3.344 млрд. на 1950 год), а про оборудование и материалы из западной Германии написал, что «к 1948 было вывезено на сумму 22.3 млн. долларов». Резонный вопрос «а к 1950 году сколько было вывезено оттуда?», «а к 1951?» остался без ответа. Сама сумма смехотворна и имела бы право на существование только при уточнении, что это было только начало вывоза, ибо демонтаж завода мог длиться два-три года, но такого уточнения сделано не было. Архивы в 90-х годах не явили автору, во сколько были оценены те «293 завода»? Получается, что во всей этой длинной главе так и не была озвучена оценка всех производственных репараций из западных зон. Засим завершаю работу с этим источником.

Необходимо упомянуть Кнышевского П.Н. «Добыча. Тайны германских репараций» (1994). В том смысле, что мне не удалось найти эту книгу. А стоило бы постараться.

Бегло затрону статьи д.э.н. Катасонова В. Писал он недавно (2015), и ссылается в основном на Семирягу и Кнышевского, которые сидели в АВП и РГАЭ где-то в 1992-1994 годах. То есть, современный российский исследователь довольствуется данными, полученными в архивах 23 года назад. Повторю, что согласно Катасонову из западных зон западными союзниками было вывезено капитального оборудования на $1.2 млрд. Это была их доля в три четверти, наша же тогда определяется как $400 млн. (только оборудование, и, скорее всего, без учета демонтажа в западных секторах Берлина в мае-июне 1945).

И, наконец, к.и.н. Болдырев Р.Ю. Опубликованная в «Новой и Новейшей истории» в 2016 (№6) году статья содержит много интересных ссылок (РГАСПИ) на решения Политбюро. Особенно понравилась та, где Политбюро инструктировало дипломатов перед Лондонской сессией СМИД (декабрь, 1947): «Вопрос о репарациях не выпячивать и развить советскую позицию о репарациях при обсуждении экономических проблем, а также в связи со срывом репараций в западных зонах Германии» [Болдырев, 64]. И в декабре 1949 года «советским представителям в межсоюзных органах управления Германией запрещалось впредь настаивать на возобновлении таких поставок» [там же]. [То есть, получается, что в 1949 «ваши репарации нам и даром не нужны»]. К сожалению, цифр по полученному оборудованию из западной Германии в статье нет. Автор оперся на политико-партийный РГАСПИ, а не техническо-экономический РГАЭ, где, если не ошибаюсь, должны лежать документы «Управления репараций СССР в Германии». Встретил досадную для 2016 года и «НиНИ» ошибку: на стр. 60 автор сначала пишет, что «в итоговых документах Потсдамской конференции… был установлен окончательный размер репараций – 20 млрд. долл. США…», а затем на стр. 61 – «[западным державам] удалось отстоять свои позиции по всем ключевым пунктам. Особенно важен был принцип, согласно которому не назывались фиксированные суммы репараций…». Вторая цитата исторически истинна. Первая - нет. Повторю еще раз, что в текстах ялтинско-потсдамских протоколов согласие с конкретными суммами отсутствует. Не было договоренностей про $20 млрд. Это наш исторический миф, впитанный с молоком из школьной столовой и заеденный бесплатным муниципальным беляшом.

P.S. Семиряга упоминает, что в работе СКС принимал участие Вилли Брандт, будущий канцлер ФРГ. Только тогда, в 1946 году, Вилли Брандт (псевдоним) как гражданин Норвегии представлял интересы Норвегии в качестве военно-гражданского атташе этой страны. Оказывается, этот социал-демократ бежал из нацистской Германии в скандинавское королевство, получил новое гражданство, претерпевал лишения от квислингов и вернулся в Германию, сверкая норвежскими знаками отличия в петлицах. Также Семиряга напоминает нам, что у нас были свои гражданские в форме и что инженер-майор Григорий Климов (ага, он самый) был среди многих откомандированных демонтажников, которому СВАГ и Особый комитет выдали форму и звание, чтобы тем самым внушать пиетет немцам и отвращать их от мысли о противодействии.


II. Осторожно, архивы закрываются. Следующая остановка …

По предложению В.М. Молотова было решено немедленно начать демонтаж предприятий, «особенно из западной части Берлина, которая отойдет к США и Англии: слишком дорого обошелся нам Берлин. … Это надо сделать до вступления западных союзников в свои сектора».
(Семиряга, стр. 122)


Прежде, чем продолжить дальше, следует определиться с курсом рейхсмарки. В 1938 году официальный курс к американскому доллару был 2.49 ($1 = 2.49 RM). После войны рейхсмарка продолжала обращаться во всех зонах до лета 1948 года наравне с маркой Союзного военного командования, но в отличие от последней сильно сдала — распиханная по углам мастеровитыми гитлеровскими казначеями-жонглерами от М2, тамошними Улюкаевыми-Набиулинными, денежная масса нацистской тотальной военной экономики-таки прорвалась к марту 1945 года. Сегодня ты увлеченно клепаешь «Пантеру» или Ме-209, а завтра на твои медные пенсионные баллы, выданные щедрым центральным правительством, можно позволить себе только чашку кофе, так что курс рейхсмарки 45-48 гг. в репарационных расчетах не учитывался. Но оказывается, что и курс в 2.49 не совсем подходит. Адам Тууз в своей «Зарплатной ведомости войны» применительно к 1941 году говорит о плавающем курсе 3-4 [p.410], внешней переоценке немецкой валюты с 1933 года и внутренней скрытой девальвации [Krogmann plan]. Энтони Саттон дает курс примерно 3.97 [p. 26]. Другой исследователь предлагает использовать ППС и курс 3.75 для 1938 года [Krueger, 293]. Я выбираю последнее [ибо убедительная магия макроэкономического жаргона].

Первые партии заводов были намечены к распределению в западных оккупационных зонах Германии в октябре 1945 года. Не дожидаясь общих результатов оценочных комиссий, работа которых грозила затянуться на шесть месяцев (в реальности дольше), было решено начать оценивать, распределять, демонтировать и вывозить военные заводы, уж точно ненужные для мирной экономики будущей Германии, прямо сразу. Эта первая фаза распределения охватывает период с октября 1945 по октябрь 1946 года и носит название «авансовых поставок» (advance deliveries), или «Операция RAP» (Operation RAP). Все три западные зоны приняли участие в этих поставках.

Обсуждения сперва шли в Экономическом (хозяйственном) директорате СКС, и согласованные списки затем передавались в Координационный комитет (КоорК) СКС. В означенный период было два одобренных списка заводов (назову эти распределения RAP №1 и RAP №2, хотя они шли под названием First/Second allocation of plants as advance deliveries):

RAP №1. Встреча КоорК №25 прошла 10 декабря 1945. Был выставлен список в 28 заводов на сумму 231,912,405 РМ. Из них СССР получил шесть с половиной заводов на сумму 111,250,811 РМ, или 47,8%. ИАРА отошел 21 завод с половиной – 120,661,594 РМ и 52.2% соответственно. СССР пришлось разделить пополам с ИАРА крупный шарикоподшипниковый KugelFischer. Ссылка: Enactments …, Vol. I, p. 232.

RAP №2. Встреча ЭкДир (№?) прошла 21 марта 1946, а встреча КоорК (№?) – 2 апреля 1946. В списке было 55 заводов. В другом источнике указывают 49. Учитывая то, что некоторые предприятия после бумажной перетряски оказывались крупными элементами другого предприятия из того же списка (как это случилось с производителем подводных лодок и траулеров Deutsche Schiff und Maschinenbau A.G. Bremen Valentin, №16, который оказался частью судостроительного завода Deschimag Weser, №3; ссылка на претензию советского делегата: Volume IV, p.26), предположу, что первоначальный список был скорректирован и усох до 49. К тому же из него сразу вычеркнули два завода. Из этого числа СССР получил только полтора завода: производителя перекиси водорода Degussa A.G. в Райнфелдене незаявленной стоимости (X1) и оцененную примерно в 2 млн. РМ половину предприятия по производству хлора I.G. Uerdingen (этот завод был в процессе строительства, поэтому в наличии имелась только одна половина). Оценка стоимости второго списка в источнике отсутствует. Ссылка: Enactments…, Volume. III.pp.56-63.

Я не встретил упоминания каких-либо Третьих авансовых поставок в рамках «Операции RAP», поэтому буду считать цифры, опубликованные в «Еженедельном информационном бюллетене» в конце мая 1946 (№42, p.10), итоговыми для этой первой волны распределения:
- на май 1946 всего были признаны пригодными для распределения 661 промышленные предприятие в трех зонах (это число возрастет в будущем, так как оценочные бригады свою работу не останавливали);
- к маю 1946 «с опережением графика» было распределено 75 заводов, из которых 24 были из американской зоны, 39 – британской, а 12 – французской; СССР получил 8 (3,5 + 3.5 + 1), а ИАРА - 67.

Предположение, что не было Третьих авансовых поставок, косвенно подтверждается исторической книгой военной администрации США в Германии (OMGUS) «Год Потсдама», в которой написано, что в рамках Операции RAP США подготовили к репарациям 24 завода [pp.34-46].

31 марта 1946 года начался вывоз промышленных репараций. Оборудование гигантского шарикоподшипникого завода в Швайнфурте, оцененное в (25 * 50%) 12.5 млн. РМ, грузилось на железнодорожные платформы и направлялось в Бремен, откуда уходило в Советский Союз морем. За ним последовали три других предприятия: подземный завод по производству авиационных двигателей Даймлер-Бенц, Верфи Дешимаг и электростанция Гендорф. До первого августа 1946 СССР вывез 9,092 тысяч тонн оборудования (из 11,111 тонн подготовленного союзниками) на пяти грузовых суднах: Александр Пушкин, Верхоянск, Отто Шмидт, Кузнецов, Velyranger(?). Когда 4 мая 1946 заместитель главы OMGUS Люсиус Клей отдал приказ остановить демонтаж оборудования (в связи с первым советско-американским конфликтом в СКС по вопросу единого импорт-экспорт плана в Германии), то исключение были сделаны для 24-х «RAP» заводов. То есть, СССР продолжал тогда вывозить свои восемь заводов, не смотря на протекающий кризис СКС. В некоторых отечественных источниках категорично заявляется, что после ультиматума Клея вывоз репараций в СССР полностью остановился и не возобновлялся, что, мягко выражаясь, требует неголословных доказательств.

Энтони Саттон в 1973 году написал трехтомник «Западные технологии и советское экономическое развитие», в которой пять страниц посвящено промышленным репарациям из западной Германии в СССР. В частности, именно там я впервые прочел про «Операцию RAP». Автор сообщает, что с 30 марта 1946 до 31 марта 1947 СССР получил из американской зоны 66,981 тонн оборудования стоимостью 45,246,000 РМ, а был ведь вывоз еще из британской, более существенной, зоны. Возможно, самым важным для СССР заводом, обращает внимание автор, был Bandeisenwalzwerk Dinslaken A.G. в британской зоне, который производил 15-30% всей немецкой полосовой стали, 20% всей листовой стали и 50% луженной жести. Другое крупное сталепрокатное предприятие – Huttenwerk Essen-Borbeck, на разбор которого ушло 2 года работы 3,000 человек. То есть, к началу 1948 его должны были только начать еще вывозить к Бремену. Также автор упомянул, что у СССР было два месяца на то, чтобы без спроса и бесконтрольно демонтировать заводы в будущих западных секторах Берлина, май и июнь 1945, после чего Советы уступили сектора союзникам, испросив всего лишь несколько дней отсрочки (до 1 июля). И, наконец, автор цитирует отчет OMGUS за ноябрь 1948 и пишет, что в пользу СССР из всех было распределено 39 заводов, 29 из которых сугубо военного назначения. [Sutton, p. 27]. Принимая во внимание, что после января 1948 не было вообще распределений между СССР и ИАРА, и, понимая, что «распределение» не означает «демонтаж» или «вывоз», можно считать эту цифру по количеству заводов, которые СССР получил из западных зон (исключая Берлин), финальной. Она включает в себя не только два RAP-распределения, но и девять «нормальных» (не «авансовых»), что последовали в 1947 году.

Изданный американским военным правительством в Германии (OMGUS) девятитомник «Постановления и согласованные документы СКС» содержит в себе краткое описание заседаний Координационного комитета СКС и принятых решений по вопросу промышленного оборудования. Итак, было девять таких встреч в период с ноября 1946 до января 1948 года:

1. Встреча ЭкДир №70, 12 ноября 1946. Было распределено 70 заводов на сумму 58,164,677 РМ. Из них ИАРА получило 43,643,040 РМ (75,02%), а СССР – 14,521,637 РМ (24,98%). При поиске описания этой встречи и списка заводов я столкнулся с неожиданной проблемой – в томе №5, где она должна была находиться, протокол полностью отсутствует. В последующих томах ее упоминают в итоговых подсчетах как ни в чем не бывало, благодаря чему удалось узнать сумму советской доли, но не количество заводов, полученных СССР тогда (определю ее сейчас как N1).
2. ЭкДир №79, 24 января 1947. Распределялось 24 завода из американской зоны на сумму 12,806,290 РМ, и шесть заводов из французской зоны на 261,382 РМ. СССР получил 3 американских завода (2,853,948 РМ) и ноль французских. В процентах: ИАРА - 78.16% и СССР - 21.84%. Ссылка: том VI, p.47.
3. ЭкДир №98, 2 июня 1947. Сумма - 13,743,834 РМ. Число заводов – 8. СССР получил 3 завода (2,080,375 РМ, или 15,14%). Ссылка: том VII, p. 194.
4. ЭкДир №99, 14 мая 1947. 58 заводов на сумму 10,387,433 РМ. СССР ничего не выбрал для себя из этого списка, и это связано с советским протестом против односторонних британских действий. Британские оккупационные власти изъяли с заводов из этого списка оборудования на сумму 2,398,160 РМ (при общей первоначальной стоимости заводов в 12,776,593 РМ). Британцы оправдывались тем, что именно это оборудование было зарезервировано за ИАРА в рамках «авансовых поставок». Советских делегатов это объяснение не удовлетворило. С их точки зрения, британцы изъяли самое ценное оборудование из заводов, которые должны были поставляться целиком. Ссылка: том VII, p. 166.
5. ЭкДир №101, 5 июня 1947. Семь заводов - 4,705,871 РМ. СССР получил один завод (1,270,585 РМ, или 27%). Ссылка: том VIII, pp.23-25.
6. ЭкДир №107, 7 августа 1947. Пять заводов - 2,106,075 РМ. Все заводы отошли ИАРА, так как на тот момент агрегированная доля СССР значительно превышала положенные 25%. Ссылка: том VIII, p.60.
7. ЭкДир №108, 14 августа 1947. Двадцать три завода – 18,117,658 РМ. СССР получил два завода – 695,001 РМ, или 3,84%. Британцы опять изъяли оборудование в одностороннем порядке с некоторых репарационных предприятий, что привело к новой претензии со стороны СССР, которую поддержали США. Ссылка: том VIII, p.65.
8. ЭкДир №114, 4 ноября 1947. Девять заводов – 3,470,716 РМ. СССР получил 3 завода (667,787 РМ, или 19,24%). Ссылка: том VIII, p.90.
9. ЭкДир №119, 20 ноября 1947. Девять заводов – 10,085,429 РМ. СССР отказался получать свою часть заводов. Советская претензия вновь была адресована британской стороне, которая в односторонней порядке изъяла оборудования с этих заводов на сумму 533,880 РМ. Британский делегат опять объяснял про срочные потребности членов ИАРА и свою схему «авансовых поставок», обещая, что это было в последний раз. Также британец заявил о насущной необходимости бóльшего перераспределения в пользу ИАРА из-за того, что агрегированная доля СССР всё еще превышает 25%. В этот момент встрял американский делегат, который подтвердил, что требуется подсчитать все полученные доли на данный момент, и попросил французов и СССР снабдить СКС отчетами об их одностороннем демонтаже оборудования в своих зонах. В частности США просили СССР отчитаться, сколько и чего советские трофейные бригады успели демонтировать в западных секторах Берлина в мае-июне 1945 года, так как это оборудование должно быть учтено в доле СССР. Советский делегат ответил на это, что такая информация может быть предоставлена только на условиях, заявленных на Четвертой сессии СМИД в Москве. В своем отдельном заявлении (p.30) советский делегат обращал внимание СКС, что подобные британские действия по одностороннему изъятию оборудования с заводов, предназначенных для репараций, приняли хронический характер, и из-за того, что наиболее ценное оборудование было уже изъято, то СССР предлагает передать все эти заводы членам ИАРА. Также советский делегат напомнил, что ранее американский делегат поддержал его в его претензии к подобной британской практике. Ссылка: том IX, p.19.

С 20 марта 1948 года встречи Экономического директората и Координационного комитета СКС больше не проводились. Бывшие союзники перестали встречаться в рамках Союзного контрольного совета, перестали принимать единые законы и постановления для оккупированной Германии, перестали обсуждать распределение репарационных заводов. Девятый том постановлений СКС стал последним. Сам институт СКС оказался замороженным, и взаимодействие СССР с западными соседями по Берлину вынужденно поддерживалось только в двух вопросах: организация воздушного движения в Берлине и коллективная охрана тюремного комплекса Шпандау. Фамилии советских делегатов, принявших участие в работе ЭкДир и КоорК: подполковники А.А.Кудрявцев и Н.Д.Костенко.

Получившийся итог:
- первая волна распределений (RAP) принесла СССР 8 заводов на 113,250,811 РМ (+ Х1);
- вторая волна дала 12 заводов (+N1) на 22,089,333 РМ.
Грубо предположив, что Дегусса в Райнфелдене (Х1) стоила 5 млн. РМ, а число заводов, полученных СССР 12 ноября 1946, равнялось 17 (N1), вывожу, что в период с октября 1945 по январь 1948 года СССР получил (но пока еще не вывез всё) в качестве репараций из трех западных оккупационных зон (исключая Берлин) промышленного оборудования на сумму 140,340,144 РМ в виде 37 заводов [Саттон писал о 39 заводах]. Дальше эту сумму можно перевести в доллары 1938 года по ППС-курсу 3.75 и умножить на три, вспомнив о том, что оценочные комиссии занижали стоимость заводов в три раза (в некоторых случаях до 22%), - $112 млн. При номинальном курсе 2.49 получим $168 млн.

Специальный отчет OMGUS за 1948 год почему-то сейчас защищен копирайтом, поэтому не удалось его найти на американских государственных архивных сайтах, а именно в нем содержится информация по статусу репараций на ноябрь 1948 года. Странно, ведь это публичный источник, а не авторская художественная литература. К сожалению, все первоисточники у меня кончились. Следующая остановка...
Tags: США, Советский Союз, ФРГ, генерал Люсиус Клей, репарации
Subscribe

  • До Триеста на Адриатике (1946-1948)

    Молотов: «Что касается параграфа С, то мы считаем, что представители судебной власти [в Триесте] должны быть выборными персонами, как это принято в…

  • Ты вся горишь в огне (1979)

    В 2017-18 годах кресло представителя США в ООН занимала Никки Хейли. Это женщина, относительно молодая (по привлекательности попадает с Сарой Пейлин…

  • Недлинные телеграммы, которые мы потеряли (1946)

    «Длинная телеграмма» Кеннана была рассекречена в 1976 году в рамках планового и обширного обнародования дипломатической переписки Госдепа за 1946…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 5 comments