lafeber (lafeber) wrote,
lafeber
lafeber

Categories:

О советско-турецких отношениях (1921, 1945-47)

«Многое будет зависеть от тона, который Советы выберут в своем обращении к турецкому правительству. Угрозы, скорее всего, только усилят турецкое сопротивление».
Из секретной записки разведки США (OSS), 13 апреля 1945
«Многое делалось топорно и примитивно. Своими действиями дали повод Западу создать НАТО».
Президент РФ В. Путин в д/ф «Интервью с Путиным» О.Стоуна, 1-я серия.




19 марта 1945 года СССР денонсировал договор с Турцией о дружбе и нейтралитете от 1925 года. Та денонсация - не моментальная аброгация или аннулирование, а выход из договора в установленном договором порядке: сначала заявление о намерении не пролонгировать договор (денонсация) за 6 месяцев до истечения срока действия, а затем 7 ноября 1945 договор окончательно теряет силу. Тогда в марте СССР в своей ноте использовал дружелюбные выражения. Никаких претензий и обвинений к Анкаре Москва не предъявляла. Напротив, «признавалась ценность советско-турецкого договора 1925 года», а причиной к денонсации назывались «глубокие изменения после Второй мировой войны» и необходимость «серьезного улучшения». В своем апрельском послании Турция проявила ответную доброжелательность, с пониманием относясь к советской просьбе переписать договор. В июне посол Турции Сарпер встречался с Молотовым, сходу предложив сохранить дух договора 1925 года и выразив готовность повысить уровень двусторонних отношений до союзного договора. Посол предлагал заключить договор о союзе СССР и Турции против возможной агрессии со стороны европейских и средиземноморских стран. … Неужели исторический детерминизм заставит события 1840-х повториться, и совместные русско-турецкие десанты вновь будут громить войска египетского Али-паши, прошу прощения, британские аэродромы в Абу-Суэйре, угрожающие уральской промышленности?


Но иной выбор был сделан. Возобладало Кючук-Кайнарджийское хтоническое бессознательное. С этого момента началось решительное давление Москвы на Анкару: в июне Молотов требовал исправления восточной границы на Кавказе и пересмотра режима Проливов, в июле в Потсдаме Молотов говорил об отторгнутых армяно-грузинских землях и устаревшей Конвенции Монтрё, добавив к обсуждению тему советских баз в Проливах. Не получив запрашиваемое по двум вопросам из трех (Большая Тройка всё же решила пересмотреть Конвенцию), Советский Союз приступил к подготовительной «войне нервов» длиною в год: газеты и радио в СССР, Югославии и Болгарии развернули антитурецкую информационную кампанию; НКИД Армении через свои представительства приступил к организации эмиграции армян из ближневосточных колоний в Армянскую ССР [Вот для чего, оказывается, нужны были республиканские НКИДы]; выбранный с согласия советских властей духовным конклавом Армянской апостольской церкви католикос Геворг VI прямо на выборном соборе обратился к армянским эмигрантам, призвав их вернуться домой, чтобы восстановить права на принадлежащие им родные земли, затем он обратился к США, СССР и Великобритании с просьбой «способствовать воссоединению насильственно отторгнутых земель»; в феврале-марте 1946 в Чехословакии прошел съезд европейских коммунистических партий, на котором делегатами лишение Турции ее территорий в Европе было объявлено самой насущной задачей коммунистического движения. СССР публично поддержал болгарские территориальные претензии к Турции, в мае 46-ого в советских газетах был поднят «курдский вопрос», в июне посол Виноградов был отозван из Анкары «для консультаций», задержавшись в Москве на несколько месяцев. В августе, исполняя Потсдамское решение по Конвенции Монтрё, СССР с годовым опозданием (США и Британия прислали свои предложения в ноябре 1945) внес свои предложения по пересмотру, отправив соответствующую ноту Турции, после чего раскрутился непосредственно сам трехмесячный «кризис турецких проливов», закончившийся советским отступлением. В январе 47-ого уязвленный СССР подбивал Сирию обратиться в СБ ООН по вопросу аннексированной турками Александретты, а в апреле в США сразу после объявления Трумэном в Конгрессе своей Доктрины, в рамках которой Турция получала $100 миллионов и военную миссию США Jammat в придачу, активизировались разнообразные армянские, славянские организации и прочие общества американо-советской дружбы, протестуя против американской помощи Турции. Всё это воздействие «мягкой силой» и «добрым словом» продолжалось два года. Пик пришелся на 7 августа 1946 года, когда СССР опубликовал свою ноту «О Конвенции Монтрё по черноморским проливам», нашпигованную обвинениями в том, что Турция пропускала немецкие корабли в Черное море, и остановил свою послевоенную демобилизацию. Началось «стратегическое запугивание», как пишет историк Эдвард Марк, или демонстративное бряцание оружием. В сентябре-октябре рядом с турецкой границей было сконцентрировано 300,000 советских солдат [James Gormley, 182], а ЧМФ проводил учения в море в 45 милях от турецкого берега. [Для реконструкции мукденского инцидента всё равно многих составляющих не хватало. Нужен был сбитый бомбардировщик или хотя бы захват турецкими пограничниками радиостанции на болгарской стороне].

Стоила та овчинка выделки в свете того, что сейчас известно о НАТО, членстве Турции в 1952, о плане Пинчер-Griddle? Или временной слабостью Турции нужно и можно было воспользоваться только тогда, пока промышленный и демографический поезд не увез ее в недосягаемое далёко? Ковать железо, пока РККА еще горяча и недемобилизована? Оказывала ли близость Проливов и Секретарьграда магнетическое и ослабляющее умственные способности эйфорическое воздействие? Взвешивали Сталин и Политбюро все риски и последствия? Все эти вопросы «на 64 доллара». АП РФ пока хранит молчание об этих грехах незрелой молодости. НКИД 11 марта 1945 предупреждал о сложностях, но той справкой Молотов не воспользовался. Заглянем в прошлое стратегических развилок и исторических обид.

Анатолийским кризисом принято называть кровавые события в Османской империи (Турции) с 1912 по 1923 год. Балканские войны, Великая война, Война за независимость, эпидемия гриппа 1918 г. унесли 20% населения Анатолии (т.е. Малой Азии, или азиатской части современной Турции). 2.5 миллиона турок-суннитов, 800,00 армян и 300,000 греков погибли. Поток турецких беженцев во Фракию и западную Анатолию, обмены населением с греками и болгарами, геноцид армян и туркификация курдов стремительно поменяли этнический состав Анатолии: в процентном соотношении численность турок-суннитов увеличилась с 80 до 98%. В отличие от 1913 года Турция образца 1923 года стала практически гомогенным национальным государством, чем сейчас могут похвастаться только японцы. Культурно это уже была другая страна, что ярко показывают отвергнутый турками Севрский договор 1920 и подписанный вместо него Лозаннский 1923 года. Вместо привычного внутреннего раскола по этническим и религиозным линиям воцарилось кладбищенское спокойствие национального единения.

Возникла молодая неимперская республика, но уже экономически, технологически и демографически надломленная. Так, 900,000 своих греков Турция обменяла на 400,000 греческих турок после Лозанны, и это был не единственный обмен. К 20% потерям из-за чрезвычайной смертности следует прибавить еще 10% населения, что убыло в результате несбалансированного обмена. Анатолия потеряла 30% населения, и, что хуже всего, эмиграция греков и армян вымыла из страны ценные кадры предпринимателей, управленцев, носителей современных технических знаний. Электрика было не найти в целой провинции! Балканские войны сократили число европейских провинций империи, что вынудило армию набирать рекрутов среди анатолийских крестьян, что в результате привело к нехватке рабочих рук в сельском хозяйстве, голоду, эпидемии гриппа и снижению уровня рождаемости в этом регионе. Начался процесс деурбанизации, а ВНП Турции с трудом оправился до Великой Депрессии, которая пинком вновь швырнула его вниз.

Сравните численность СССР и Турции в 1945-46 годах: 170 миллионов против 19 миллионов. Или 148 против 14 в 1927 году. Для 1921-23 годов данных у меня нет, но, думаю, что 10-кратный советский людской перевес не будет воспринят как фантастическое допущение. Сейчас же РФ и Турция соотносятся как 145 к 80, что как бы намекает, что давить на Турцию так, как мы это делали в 1945-47 годах, «топорно и примитивно», наваливаясь массой парового катка тотальной войны, больше не получится. В 1946 военная разведка США считала, что СССР сомнет турецкую армию за три недели. Однако из плюсов можно отметить рост удельной численности русских в РФ до 81%, что повышает внутреннюю стабильность уже в нашей стране.

Если бы младотурки не решились на политику геноцида и туркофикации, то Анатолия продолжала бы оставаться многоэтничной страной, что в условиях давления Антанты в 1920 году означало риск растаскивания Малой Азии на несколько однотипных турецких государств под протекторатом итальянцев, французов и британцев. По той же самой схеме был порван на лоскутки арабский Ближний Восток, остающийся несшитым и в наши дни. И тогда не только бы арабы, но и турки оказались разделенным народом. Тогда, в 1920 году, турки сделали ужасный выбор между продолжением геноцида и потерей суверенитета, и три года спустя, стиснув зубы, смогли заключить мир уже на своих условиях, когда Антанта уже устала, а греки умылись кровью на Сакарье и при Думлупынаре. Договор Сайкса-Пико от 1916 года, в турецком своем разделе, не смог преодолеть свое бумажное состояние и воплотиться в реальной политической географии. Севрский договор 1920 года, не принятый изнуренными турками, был калькой идей Сайкса и Пико, и согласно нему греки получали восточную Фракию (т.е. Константинополь) и Смирну (Измир) в Анатолии, итальянцы – Додеканезы, Конью и Анталью (юго-запад Анатолии), французы – юго-восточную и центральную части Анатолии (Киликию от Аданы до Сиваса и Диярбакыра), то есть, ту часть Турции, что примыкает к Сирии с севера. Самый богатый подарок получала независимая Армения, которая благодаря президенту США Вудро Вильсону прирастала на 160,000 квадратных километров за счет турецкой Армении (Западной Армении): ей отходили провинции Битлис, Эрзурум, северная часть провинции Ван и западная часть Трапезунда (Трабзона), а это уже выход к Черному морю. Забудьте про Карс, Ардвиг и Ардаган. Эти притязания для детей. Новая линия теперь будет проведена далеко на западе через Гиресун, Эрзинкан, Муш, Битлис и Ван. Совсем неплохо для двух миллионов армян во всем мире. …Но, как говорится, мечтать не вредно. Измотанная армянская армия оказалась слабее изнуренной Восточной армии кемалистов, усиленных дополнительной мобилизацией в восточных вилайетах при известии об арбитраже Вудро Вильсона. На турецкую чашу весов также была брошена XI Армия РККА, которая, советизировав сходу Азербайджан, соединилась с турками в районе Нахичевани и помогла тем выдавить оттуда армянские войска. РСФСР оставалось только подождать три месяца, пока турки не расколошматят Республику Армения, вынудят ее подписать декларацию об отказе от условий Севрского договора и мирный договор, после чего в Армении произошел большевистский переворот, была провозглашена Армянская ССР и туда были сразу же введены части РККА. Проходит три месяца, и подписывается Московский договор о дружбе и братстве, согласно которому Карсская область, южная часть Батумской области и Сурмалинский уезд вместе с горой Арарат отходят Турции. Эти районы с 1878 года входили в Российскую империю, и в марте 1921 года большевики отказались от них. Карсский договор, продублировавший Московский, был подписан в июле 1921. Ведущую роль в этом подписании играл нарком по делам национальностей И. Сталин, переубедивший Чичерина и Карахана изменить их свою первоначальную позицию. Если вам в интернете начнут докучать неосталинисты, ткните их носом в этот факт и обвините Сталина в разбазаривании отечественных земель, назвав его национал-предателем, врагом народа и прозападным либералом. Им такие выражения нравятся.

Как соотносились тогда летом 1921 года вес и возможности РСФСР и Турции? РСФСР воевала 7 лет, Турция – 9 лет. В РСФСР гражданская война подходила к концу, в Турции – всё еще шли геноцид и ожесточенная война с греческими интервентами. Правительства Кемаля и Ленина не имели международного признания – султан, подписавший Севрский договор, всё еще сидел в Стамбуле, а проливы были оккупированы Антантой. В РСФСР тоже как бы были интервенты, но реальную опасность представляли только 90,000 японцев, двигавшихся к Хабаровску по Трансибу – американцы и британцы сидели в портах и на железной дороге, карауля и готовя к вывозу военные припасы. Японцев американцы дипломатически нейтрализовали, заставив их вывести свои войска с Дальнего Востока – подарок от антияпонски-настроенных янки-расистов. Обе страны были измотаны, но 10-кратный перевес в мобилизационных ресурсах никуда не делся. К этому следует добавить, что в 1920-21 года РККА активно действовала в Закавказье, не демонстрируя признаков слабости, а летом 1920 года решила не довольствоваться «линией Керзона», создала Польревком и продолжила наступление на Варшаву, затянув тем самым советско-польскую войну до марта 1921 года и показав, что дух авантюризма ей не чужд. Другими словами, РККА при желании могла разгромить Восточную армию Турции и занять любые территории – хоть Карс-Ардаган, хоть Западную Армению. Тем более, что это ведь еще 1921 год, а не 1923 – Антанта будет благосклонно смотреть на любые попытки сохранить Севрский договор и версальский ЛЕГО-конструктор. Но РСФСР на это не пошел. Не в последнюю очередь из-за того, что между двумя молодыми республиками тогда складывались хорошие отношения. Они торговали, занимались бартером, для РСФСР Турция была ценным экономическим партнером. Турция фактически помогла РСФСР подмять под себя Закавказье. Обе были изгоями и видели в Антанте врага, а Кемаль был словно местной копией Ленина, стряхнувший прах феодального авторитаризма со страны. Как скажет в 1957 году Хрущев на пленуме ЦК КПСС («антипартийная группа»), «турки как брата встречали Ворошилова, площадь в честь него назвали». Нет, никак не могло быть войны между Турцией и РФСФР тогда из-за двух с половиной армянских областей. Так, впервые была заложена традиция дружественных равноправных отношений между двумя странами.

Севрский и Лозаннский договор в разрезе советско-турецких отношениях – это не только потерянные армянские земли, но и Проливы. Этот водный путь стал международным и был демилитаризирован. Двадцать три года спустя в 1936 Конвенция Монтрё отдала полный контроль над ними туркам, сильно ограничив проход нечерноморских военных кораблей в Черное море, что, как считает fat-yankey@LJ, можно считать дипломатической победой Сталина, ведь во время Второй мировой войны немцы и итальянцы не смогли провести тяжелые корабли в Черное море и, как следствие, не смогли осуществлять десантные высадки для ускорения боевых операций на Северном Кавказе – остатки ЧМФ СССР в Новороссийске успешно блокировали такие попытки. Эта Конвенция действует до сих пор в слегка измененном виде. В 1945-46 советские дипломаты попытались существенно переписать ее, но, когда 2 из 5 советских предложений были отклонены в предварительной переписке, СССР отказался проводить международную конференцию, назвав ее «преждевременной». И это был не первый неприятный инцидент, связанный с Конвенцией. Еще в 1936, во время обсуждения столь ценного в исторической перспективе документа, советская делегация, оказывается, высказывала свое недовольство текстом, в слепоте своей не видя свалившегося с небес стратегического счастья, а в 1940 Риббентроп соблазнял Молотова Проливами за счет турок с целью получить полноценный военный союз между Рейхом и СССР, о чем стало известно самим туркам. В 1943, когда Иден спросил министра иностранных дел Турции Менеменджиоглу в Каире, почему Турция тянет и не объявляет войну Германии, тот ответил, что в этом случае немцы быстро разобьют армию его страны, оккупируют часть ее территории и что у СССР появится повод ввести свои войска в Турцию под предлогом ее освобождения, после чего они останутся там навсегда. Довольно прозорливо.

Тридцать четыре года прошло с Московского договора, и чувства взаимной симпатии между кемалистской и ленинской республиками претерпели значительные изменения. Новая республиканская традиция была преломлена испытанной временем имперской. На Потсдамской конференции в 1945 году вселившаяся в Молотова Екатерина Вторая говорила о необходимости «возвращения законно принадлежащих Советскому Союзу территорий», о том, что «в некоторых частях мы считаем границу между СССР и Турцией несправедливой. …, в 1921 году от Советской Армении и Советской Грузии Турцией была отторгнута территория – это известная территория областей Карса, Артвина и Ардагана». До этого в июне 1945 года, когда Молотов встречался с турецким послом Сарпером, нарком сказал, что «Советский Союз обижен в территориальном вопросе» и что «восточную границу Турции надо исправлять». А в августе НКИД СССР составил справку под названием «Вопрос о территории, отторгнутой Турцией от Закавказских Советских Республик»: «Турция, пользуясь тяжелым экономическим и международным положением России, добилась территориальных приобретений, отторгнув от нее южную часть Батумского округа, Карсскую область и Сурмалинский уезд Эриванской губернии. … Это древние армянские и грузинские земли, подпавшие под турецкое иго. … Турция однажды их захватила, а затем, пользуясь слабостью России, захватила повторно. … 26,000 кв.км.». Такие справки необязательно создаются только для внутреннего пользования. На международных конференциях советские делегации иногда распространяли их среди участников заранее в виде меморандума (см. Лондонская сессия СМИД, записка о состоянии дел в Греции). А утверждение о том, что «Турция воспользовалась советской слабостью в 1921», следует считать голословным, а может даже фальсификацией.

Западные союзники подошли к «кризису проливов» обстоятельно и решительно. Без вихляний и англо-американских разногласий, на которые так уповали в Кремле весь 1946 год: 27 сентября 1946 советский посол в США Новиков начётнически бубнил о соперничестве двух держав на Ближнем Востоке и самодовольно заявлял, что «США не заинтересованы в предоставлении помощи Британской империи в момент ее наибольшей уязвимости» [Дело Варги и Александрова самоуспокоительно цвело и пахло]. Сотрудник КГБ Юрий Модин потом напишет в своей книге «Мои три кембриджских друга», что его агент к этому моменту (середина сентября) уже передал Сталину информацию о готовности США поддержать Британию в Турции. Его агентом был Дональд Маклин, первый секретарь британского посольства в США. В США в августе прошли заседания Координационного совета Нэви-Армии-Госдепа и ОКНШ. Трумэн выслушал их и принял решение идти до конца. К этому моменту военные планировщики допилили военный план Griddle, который в рамках более обширной концепции плана Пинчер, отвечал за турецкое направление. Еще в марте американский и британские генштабы возобновили свои совместные стратегические консультации (впервые в мирное время), ускорив разработку концепции Пинчер (планы Broadview и Griddle). То, что эта совместная работа началась в марте, указывает на влияние иранского кризиса, ведь 10 марта советские войска начали свое устрашающее движение к Тегерану. 22 марта также был отправлен линкор «Миссури» с телом покойного турецкого посла Мюнира Эртегюна, умершего за полтора года до этого и хранившегося на Арлингтонском кладбище в ожидании подходящего катафалка. [Пища для конспирологов: почему раньше не вывезли?] Линкор прибыл в Стамбул 5 апреля, выполнив свою двойную миссию. Матрешка турецкого и иранского кризисов помогает увидеть, как менялась готовность и главное способность США сделать что-то конкретное в регионе в условиях, когда ближневосточной стратегии у США всё еще не было, а демобилизация армии и флота уже прошла свой пик. Иранские эскапады СССР в марте запустили механизм американо-британского военного планирования, которое пришлось весьма кстати в сентябре.

Авианосец «Франклин Д. Рузвельт» был направлен в Средиземное море 8 августа. В течение месяца к нему присоединились 3 крейсера, 8 эсминцев и вспомогательные суда, образовав тем самым оперативную группу (адмирал Cassady, Task Group 125.4). 5-9 сентября авианосец находился рядом с Афинами, оказывая моральную поддержку греческому правительству, подняв свои 78 самолетов в воздух один раз в качестве демонстрации. К концу сентября группа находилась в восточном Средиземноморье, не заходя в порты и не приближаясь к Проливам, сигнализируя о сдержанности намерений. 30 сентября Трумэн объявил о постоянном присутствии ВМС США в регионе, что в 1948-50 годах приведет к созданию Шестого флота (линкор «Миссури», что прибыл в Стамбул в апреле 1946 временно вошел в состав испаряющегося на глазах Двенадцатого флота).

План Griddle предусматривал развертывание стратегической авиации с обычными боеприпасами (в 1946 было всего 9 атомных бомб) и истребителей в Британии и в Египте на британских аэродромах в Абу-Суэйре в случае нападения СССР на Турцию. Griddle был разработан совместно с британцами с марта по август 1946 года. В сентябре, получив приказ быть готовыми начать боевые действия уже через 20 дней, штаб ВВС Армии США составил план наступательных операций Makefast. На 120-й день (после нападения СССР на Турцию) шесть групп Б-29 должны были начать бомбить нефтяную промышленность СССР, что к 240-ому дню должно было привести к сокращению её выпуска на 70-80% и потере 151 бомбардировщиков. Еще один месяц требовался для минирования Черного и Каспийского морей. Год бомбардировок должен был полностью остановить военную промышленность СССР. Однако был нюанс. Те же планировщики посчитали, что у СССР уйдет девять месяцев на то, чтобы прорваться в Египет и ликвидировать аэродромы, не смотря на трехнедельное сопротивление Турции и британские заслоны в Палестине. План не был безупречен. Потеря Абу-Суэйра означала, что союзники больше не могли бомбить уральскую промышленность: удары с британских островов покрывали только 4% нефтяных объектов в СССР, из Египта – 69%. Согласно планировщикам, у СССР имеется запас нефти всего на три месяца боевых действий. Следовательно, война становилась затяжной. Историки считают, что детали этого плана Дональд Маклин успел передать Берии в сентябре, что вынудило Сталина уже 24 сентября спустить всю эту турецкую авантюру на тормозах: в тот день Сталин неожиданно быстро дал ответ британскому журналисту Александру Верту (Werth), заявив, что он не видит опасности развязывания войны и верит в мирное сосуществование. Параллельно Молотов отправил вторую советскую ноту в Анкару (продолжая тем самым обсуждение отклоненных предложений по пересмотру Конвенции), на сей раз в более спокойных тонах. Турки ответили на нее 18 октября, настаивая на своем, после чего на этом дипломатическом фронте воцарилось затишье до 1953 года. МИДу СССР больше нечего было сказать, а от конференции по пересмотру Конвенции Монтрё он отказался.

Характерно, что в двухтомнике «Холодная война» от 2014 года под редакцией действительного государственного советника РФ I класса В.А. Золотарева, про Griddle и Makefast ничего не говорится, а Пинчер характеризуется как «атомные бомбы на 20 промышленно развитых советских города» и «экспериментальная подготовка к советско-американской войне в 1946-47 годах». Да, Пинчер был умозрительной концепцией, но Broadview, Griddle и Makefast – были конкретными оперативными планами 1946 года в рамках общей концепции Пинчера: эвакуация из Европы, отступление в Испанию, Италию и на британские острова, защита США и ее баз, защита Турции, Палестины и Египта, продолжительная атомно-воздушная война против военной промышленности СССР. Неупоминание осязаемого Griddle – это замалчивание советских действий в Иране и Турции в марте-сентября 1946 года и выставление американцев кровожадными атомными маньяками.

Что мы имеем в итоге? Вместо запланированных 340,000 армян в СССР приехало 86,000 – дашнаки на своем Конгрессе в Каире решили препятствовать эмиграции, которая разоряла жизнеспособные колонии армян. Армянской ССР удалось выселить в Азербайджан 130,000 азербайджанцев в рамках программы по приему эмигрантов. Возвращение горы Арарат не состоялось. СССР не смог хоть чуточку улучшить Конвенцию Монтрё (свободное прохождение своих кораблей во время войны). Серьезно ухудшились отношения с Турцией, которая через военную миссию США Jammat запрыгнула в НАТО в 1952 году. Выбор был: турки предлагали региональный союз, который, конечно, не сулил военные базы на территории Турции или совместные операции против Британии (т.к. у Турции был свой пакт с Великобританией), но мог означать право прохода советских войск в Закавказье к Ираку и Сирии и временные базы-стоянки в Восточном Средиземноморье. И самое печальное – американцы перестали мямлить и вернулись в Средиземное море, перегоняя дюраль в Абу-Суэйр. You'll be sorr'REEEEE!

Источники:
Eduard Mark, The Turkish War Scare of 1946, 2005;
Гасанлы Джамиль: https://regnum.ru/news/1433328.html
Гасанлы Джамиль, Советские претензии к Турции и республики Южного Кавказа на заре холодной войны, 2007;
Howard Adelbert Mudson, The Joint American Military Mission to Aid Turkey: … , 2012, dissertation;
Idlir Lika, Quest for security: Soviet Union’s demands from Turkey 1945-46, 2015, thesis.

Tags: НАТО, Советский Союз, Сталин, Турция
Subscribe

  • Суета вокруг немецких патентов (1947)

    Маршалл: «Я ранее уже докладывал нашей Конференции о репарациях, что Соединенные Штаты уже получили с Германии. Размер их колеблется, если я…

  • Нефть-матушка

    На мирной конференции, что проходила осенью 1946 в Париже, нашли время для румынской нефти. Двадцать девятого августа представитель Южной Африки внес…

  • Нормализация, США и КНР (1977-1979)

    Я советую уделить внимание всем версиям, даже самым конспирологическим. Нам хорошо известно, что в Уханьской лаборатории работал Пентагон США.…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments