lafeber (lafeber) wrote,
lafeber
lafeber

Categories:
  • Music:

... (1865-1913): Десятая глава (ч.2)

От торговли к революции; морские пехотинцы в Центральной Америке

Всеобъемлющий поиск торговых возможностей достиг наивысшей точки в Центральной Америке между 1906-1912 годами. С момента заключения договора Хея-Паунсфота и появления Поправки Рузвельта Центральная Америка стала по большей частью заповедником и вотчиной Вашингтона. Экономические набеги французов, британцев и особенно немцев не изменили масштаб доминирования США в делах региона и только убедили американских чиновников в важности расширения и упрочнения своей власти тут. Вот-вот введенный в эксплуатацию Панамский канал подталкивал общую мысль в ту же сторону. Но всё же в течение 1906-12 гг. политика североамериканцев вращалась не вокруг желания привнести стабильность и сохранить статус-кво, а вокруг поощрения серии революций. Соединенные Штаты приступили к распространению беспорядков в Центральной Америке, особенно в Эль-Сальвадоре, Гондурасе и, главным образом, в Никарагуа.

С 1893 года Хосе Сантос Селайя использовал свое диктаторское правление для развития Никарагуа. Он мечтал о том, чтобы распространить свою власть над всей объединенной Центральной Америкой. Еще с первых опьяняющих дней независимости в 1830-х годах многие жители региона мечтали о единстве, но их грезы так ни разу не были воплощены. Решение Вашингтона рыть канал в Панаме раздавило надежды Селайя на то, что американские доллары помогут ему обогатить его страну, превратив ее в осевой стержень глобальной торговли. Он связывался с европейцами и японцами, обсуждая с ними возможность финансирования канала в Никарагуа, выдавал концессии преимущественно компаниям не из Штатов и развязал серию войн, дабы отыграть понесенные предыдущими неудачами потери посредством установления контроля над соседними государствами, в частности над Эль-Сальвадором. С 1906 года американские чиновники начали секретно помогать революционной группе в Эль-Сальвадоре, которая своевременно пообещала Вашингтону свое дружеское расположение в будущем. Североамериканцы также подбивали Коста-Рику к нападению на Никарагуа (*12). Основным соперником Селайи, однако, был гватемальский лидер, Эстрада Кабрера, который попытался составить несколько коалиций, направленных против Никарагуа. Во время войны между Гондурасом (поддерживаемым Гватемалой) и Никарагуа в 1907 году Теодор Рузвельт и мексиканский диктатор Порфирио Диас вмешались как раз в тот момент, когда Селайя начал выигрывать. Посредничество привело к созданию Центральноамериканского суда (располагавшегося в симпатичном здании в Коста-Рике, отстроенном на миллионы Карнеги) с целью остановить будущие войны с помощью судебного разбирательства. Суд просуществовал до 1916 года, когда в его постановлениях были названы незаконными и необоснованными притязания США на территории Никарагуа, и Соединенные Штаты затем фактически развалили этот орган.

Параллельно с этим Вашингтон уничтожал правление Селайи. В конце 1909 года в восточной части Никарагуа вспыхнуло восстание, за которым стояли североамериканские фигуры. Когда Селайя попробовал вернуть себе контроль, Нокс (который лично вложил существенную сумму в фруктовые плантации в Центральной Америке) отправил туда четыре сотни морских пехотинцев США — то есть, фактически поддержал восставших. Селайя допустил смертельную ошибку, казнив двух пойманных им американских наемников для поднятия духа среди своих войск. Разъяренный государственный секретарь моментально принял жесткую позицию и привел в исполнение свое внешнеполитическое решение под названием «Громкий стук в дверь» [hard-Knox policy; обыгрывается созвучность между его фамилией «Knox» и «стуком в дверь» - «knock-knock»]: он направил военные корабли, чтобы показать свою решимость и решимость Тафта, потребовал незамедлительной отставки Селайи, и диктатор отплыл в Испанию. Но вмешательство США в дела этой страны только начиналось. Выбранное для Никарагуа Вашингтоном правительство не получило одобрения со стороны большей части никарагуанцев, особенно после того, как марионеточный режим передал существенную часть государственных активов в железнодорожном транспорте и государственном банке финансистам из Нью-Йорка взамен на выдачу крупных займов. Удивленный посланник США Элиот Норткот, ожидавший, что по его прибытию в 1911 году в эту страну его примут и встретят как спасителя, телеграфировал домой, что не только Гватемала и Эль-Сальвадор были настроены против нового режима в Манагуа, но что «естественное мнение подавляющего большинства никарагуанцев по сути является антагонистичным к Соединенным Штатам» - этот антагонизм был проявлен в явной форме, когда граждане попытались взорвать правительственный дворец и арсенал в день прибытия Норткота. В 1912 году, когда один уважаемый генерал возглавил восстание против Адольфа Диаса, президента, поставленного во главе Никарагуа Вашингтоном в ручном режиме, Тафт высадил 2,600 солдат, чтобы подавить его и удержать Диаса по власти. Морские пехотинцы оставались в Никарагуа вплоть до 1925 года, когда их вывод из страны привел к вспышке очередного бунта. Свержение Селайи и прочие действия американцев в регионе указывают на то, что чиновники США не чурались революций. В некоторых случаях Тафт и Нокс, напоминая этим Рузвельта, даже предпочитали революционное решение порядку. Им только лишь оставалось внимательно распознавать, кого следовало благословить спонсируемыми Вашингтоном переворотами, а кого и нет (*13).

Исторический поворот на Гондурасе также продемонстрировал, на сколько больше североамериканцы предпочитают торговые возможности порядку. Нищая страна, Гондурас, вплоть до 1880-х гг. всё же имела много сельскохозяйственной земли, справедливо распределенной и достаточной для поддержания местных крестьян (кампесинос). Затем произошел бум банановых плантаций, который по сути был реакцией на открытие новых рынков сбыта в Америках и Европе. К 1910 году 80 процентов банановых плантаций принадлежали компаниями из США. Эти фирмы не только держали под своим контролем лучшие земли и транспортную систему страны, но и подстрекали к войнам для того, чтобы контролировать правительство. Когда Хантингтон Уилсон пожаловался на то, что «Гондурас политически, финансово и экономически имел наихудшую репутацию на земле в том, что касалось стабильности», то по сути это был приговор не только жителям Гондураса, но и самим североамериканцам. Инвесторы и искатели приключений из США, возглавляемые Сэмом «Банановым человеком» Земюрреем, отправились из Нового Орлеана в начале 1911 года, чтобы захватить власть в свои руки. Когда президент Мигель Давила попросил о помощи, Нокс предложил ему её, эту помощь, взамен на право США проводить интервенции в стране и контролировать ее таможни. Неудивительно, что Конгресс Гондураса, окруженный агрессивной толпой, угрожающей представителям смертью, если те примут сделку Нокса-Давилы, отверг это предложение. Земюррей затем фактически захватил власть в стране, объединился с Юнайтед Фрут Компани из Бостона (или «Спрут», как ее очень скоро начнут называть сами латиноамериканцы) и превратил Гондурас в прототип банановой республики (*14). Когда восстания приносили власть гражданам США и помогали их интересам, то таким бунтам отдавалось предпочтение над стабильностью — особенно стабильностью, поддерживаемой теми местными правительствами, которые Вашингтон счел слабыми и не слишком преисполненными энтузиазма и благодарности перед лицом Доктрины Монро и недавней поправки к ней.

(*12) Thomas Schoonover, The Unites States in Central America, 1860-1911 (Durham, N.C., 1991), 171.
(*13) Jose Madriz to Taft, June 13, 1910, Foreign Relations of the United States, 1911 (Washington, D.C., 1915), 655-6; …
(*14) William H. Durham, Scarcity and Survival in Central America (Stanford, 1979), 115-18; …

[Российский еврей-эмигрант из Кишинева Шмуэль Змурри, то есть, Сэмюэл Земюррей, сколотил свой первоначальный капитал на уличной торговле бананами в Штатах, затем купил 5,000 акров плантаций в самом Гондурасе в 1910 году; накупив слишком много земли, он столкнулся с перспективой банкротства и высокого налогообложения; не получив поддержки Нокса и правительства США в этом щекотливом вопросе, он вернулся в Новый Орлеан, где в это время в изгнании проживал бывший президент Гондураса Мануэль Бонилья; Сэм заручился помощью профессиональных наемников, накупил целое судно оружия, разработал план по возвращению Бонильо в президентское кресло, и вся эта компания высадилась в Гондурасе, за чем последовал успешный военный переворот, и Земюррей получил налоговое послабление, сохранив свое дело. В 1932 Земюррей скупил на корню всю Юнайтед Фрут Компани, а в 1953 году успешно убедил правительство и общество США в том, что Гватемала якобы перешла в зону советского влияния, после чего при поддержке ЦРУ правительство Арбенса было свергнуто. Фигура Земюррея нашла свое место в книге Габриэля Гарсия Маркеса «100 лет одиночества», в которой спрут Юнайтед Фрут был описан столь ярко и демонически, что компания была вынуждена, предположительно из-за этой талантливой книги и испорченной репутации, покинуть Латинскую Америку к 1970-м годам и сменить свое имя на Chiquita Brands, Чикита Брэндс]



Tags: США, Центральная Америка
Subscribe

  • ... Триест (ч.2)

    Такой этническо-идеологический коктейль был взрывоопасен в 1945-1948 годах. Регулярно происходили уличные стычки, несогласованные демонстрации,…

  • До Триеста на Адриатике (1946-1948)

    Молотов: «Что касается параграфа С, то мы считаем, что представители судебной власти [в Триесте] должны быть выборными персонами, как это принято в…

  • Ты вся горишь в огне (1979)

    В 2017-18 годах кресло представителя США в ООН занимала Никки Хейли. Это женщина, относительно молодая (по привлекательности попадает с Сарой Пейлин…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments