lafeber (lafeber) wrote,
lafeber
lafeber

Category:

Пятнадцатая глава 005

В известном эпизоде американской истории упоминается, что, когда британские войска сдавались измотанной армии Джорджа Вашингтона под Йорктауном в 1781 году, после чего, собственно говоря, закончилась Революционная война [прим. Война за независимость США], то их изумленный военачальник отдал военному оркестру приказ играть мелодию баллады «Мой мир перевернулся с ног на голову». Эта песня весьма могла стать лейб-мотивом дипломатии США после 11 сентября. Казалось, что все наиболее важные внешние сношения США с международными партнерами капитально видоизменялись и пересматривались, но ни одни дипломатические отношения не испытали больше изменений, чем связи между Штатами и их давним врагом — Россией.

Очень скоро после своей инаугурации Буш встретился с российским лидером Владимиром Путиным. Оба моментально были очарованы друг другом, и Буш даже спел целую серенаду, заявив, что он заглянул в душу Путина и увидел там «честного прямодушного человека … который любит свою семью». То, что бывший разведчик-сотрудник КГБ обладает столь прозрачной душой, незамедлительно стало источником для шуток на вечерних шоу на американских телеканалах. В течение всего нескольких часов после сентябрьских атак, однако, Путин стал первым зарубежным лидером, кто позвонил Бушу. Президент отдал армии США приказ о переводе в состояние полной боевой готовности — шаг, который обычно автоматически приводил российскую армию в аналогичное состояние. Но в этот раз Путин сообщил Бушу, что он не только испытывает сострадание к жертвам террористических атак, но и что вооруженные силы РФ постараются избежать опасной эскалации, не предпринимая ответных мер. Это позволило президенту позднее публично заявить, что «Путин понимает, что Холодная война уже закончилась» (*33). Во время чуть более поздней беседы в сентябре российский лидер сообщил, что он не возражает против открытия американских военных баз в Центральной Азии (которая некогда была частью Советского Союза). Он также пообещал предоставить ценную помощь в разведке и логистике. Один правительственный эксперт по делам России позднее признается, что он никогда за всю свою жизнь не ожидал услышать подобные слова дружбы и сотрудничества из уст первого лица России в адрес главы США. Однако, жизненно важные интересы, а не кристально чистая душа Путина, придали свою приземленную форму этому озвученному предложению помощи. В ответ, в качестве платы, Путин желал заручиться пониманием Буша по трем важным вопросам.

Первым вопросом стала Чечня - откалывающаяся провинция с мусульманским населением. Чечня была кровоточащей раной на протяжении семи лет, и американцы вдоволь навтирали соль в нее, порицая русских за жестокое подавление чеченского населения. Кризис разросся в масштабах, причиняя все больше беспокойства, когда наряду с довольно умеренными чеченскими лидерами, высказывавшимся за независимость, в республике появились террористические группы, желающие воспользоваться сложившимся хаосом в свою пользу. После интенсивного обсуждения этой темы со своими советниками Буш выступил с официальным заявлением, в котором он всецело поддерживал действия Путина в Чечне. Русские, в конце концов, пытались разобраться со своей собственной исламской проблемой. Официальные лица в Вашингтоне, более того, отдавали себе отчет, что Путин, выступив публично с поддержкой Буша, не говорил от лица всего российского общества. Российская политическая элита, и особенно армия, глубоко не доверяла Соединенным Штатам. Они считали, что Буш, в конечном итоге, подставит и обманет Россию, как это делали, с их точки зрения, все предыдущие президенты США. Путин, по уши завязший в модернизации своей армии (встречая яростные возражения со стороны консервативного генералитета) и экономики, нуждался в помощи Буша. «Мы действительно считаем» - Буш дал публичный ответ - «что в Чечне присутствуют некоторые агенты Аль-Каеды». Получив зеленый свет, Путин отбросил в сторону более мирный подход и начал давить внутреннее сопротивление в республике жесткими военными методами. Американские СМИ начали критиковать Буша за поддержку российской политики, которая привела к гибели 11,000 чеченских граждан за несколько лет. К началу 2002 года, по мере того как афганская война затихала, Буш вновь принялся осуждать российскую политику в Чечне (*34). Дипломатия периода после 11 сентября вынуждала американцев делать нелегкий выбор, полный горечи и сожалений.

После террористических нападений один влиятельный российский обозреватель отметил, что «впервые с 1945 года у Соединенных Штатов и России есть общий враг» (*35). Путин сначала желал сыграть на чувстве страха перед исламским терроризмом, чтобы решить для себя вторую проблему: Буш был крайне решительно настроен на то, чтобы выбросить на свалку истории советско-американский договор о ПРО от 1972 года, чтобы иметь возможность построить высокотехнологичный противоракетный щит вокруг Соединенных Штатов. Россия, и в особенности КНР, видели в этих планах Буша прямую угрозу их собственным ядерным стратегиям, которые базировались на концепции взаимного сдерживания — то есть, веры в то, что ни одна из сторон не будет использовать ядерное оружие, потому что ответный удар приведет к уничтожению обоих сторон.

Третий вопрос, который занимал ум Путина, касался решимости США в очередной раз расширить НАТО, поближе к бывшим советским границам. В ноябре 2001 года Путин слетал в США на переговоры с Бушем. На публике оба были не разлей вода. Когда его угостили барбекю, сомом и хлебом из кукурузы на техасском ранчо Буша, Путин даже воскликнул: «Шедевр кулинарии!» В конце 2001 года были достигнуты исторические договоренности по НАТО. Расширение состоится, но впервые за всю историю организации со дня ее основания в 1949 году Россия будет принимать более формальное участие в обсуждениях на такие политические темы как терроризм, хотя обсуждение военных стратегий будет проходить по-прежнему без нее (большая часть этих стратегий, разумеется, была направлена против России). Эта сделка спровоцировала новые острые дебаты. Генри Киссинджер и Збигнев Бжезинский, которые никогда не утрачивали свое недоверие к русским, напали на эти договоренности за то, что те размывали наиважнейшую для США систему военных отношений с союзниками, и за то, что Путин получил от этого торга больше, чем он того заслуживал (*36).

По вопросу Договора о ПРО Буш намертво встал на своей позиции. В декабре 2001 года он объявил, что Соединенные Штаты выйдут из Договора 1972 года, чтобы они смогли начать тестировать противоракетные системы. Ответ Путина был сдержанным: «мы считаем это ошибкой», особенно в свете того, что «не должен образовываться юридический вакуум [то есть, отсутствие международных договоров] в вопросах стратегической стабильности». Он очевидно решил сохранить лицо и мужественно перенести последствия решения США, которое он не был в состоянии изменить, продолжая работать над улучшением своих отношений с Вашингтоном. Но, как отметил редактор New York Times в своей колонке, Буш «бросал кости на стол, не просчитывал последствия». Критики опасались того, что другие страны, включая КНР, могут приступить к созданию большего числа ядерных ракет для преодоления подобной американской системы. 11 сентября продемонстрировало этим критикам, что американцы оказались уязвимыми не перед ракетами, а перед террористами, которые вполне могут протащить примитивное ядерное устройство в любой американский порт и сделать все близлежащие города непригодными для обитания на целые десятилетия. Эти критики пришли к выводу, что стране требовалось оружие, пригодное для борьбы против этих террористических угроз, а не против обмена ракетными ударами в стиле Звездных войн (*37).

Не смотря на эти разногласия обе страны, по крайней мере оба лидера, стали ближе друг к другу. За этим улучшением отношений быстро последовали коммерческие сделки, по большей части затронувшие богатые российские углеводородные ресурсы, которые, хотя и с помощью устаревших неэффективных технологий, обеспечивали мировые потребности в нефти на одну десятую, а по газу на поразительную одну треть. «Нам дали зеленый свет» - так отозвался о переговорах Буша и Путина высокопоставленный работник ExxonMobil. Эта нефтяная корпорация не медлила и подписала контракт на 4 миллиарда долларов, приступив к добычи российской нефти. ОПЕК (группа стран-производителей нефти, контролируемая арабами) попыталась поднять цены на нефть посредством уменьшения собственной добычи. Путин подорвал усилия ОПЕК, увеличив собственный выход нефти. Это шаг еще более сплотил хорошие отношения с Западом, а фонтан нефтяной выручки намекнул на возможное скорое процветание российской экономики. Другие компании из США, такие как ChevronTexaco, также приступили к планированию коммерческих предприятий в РФ: «По той же самой причине Бонни и Клайд грабили банки» - комментировал один твердолобый (если не сказать бесчувственный) исполнительный директор одной нефтяной корпорации из США - «Здесь полно нефти» (*38).

[Буш и Путин на саммите Китай-ЕС в Шанхае, 2001]
Vladimir_Putin_at_APEC_Summit_in_China_19-21_October_2001-13
Tags: Владимир Путин, Джордж У. Буш
Subscribe

  • ... (1865-1913): Девятая глава (ч.3)

    Доминиканская интервенция Соединенные Штаты неоднократно посылали военные корабли и наземные подразделения в карибский и латиноамериканский регион в…

  • ... (1865-1913): Седьмая глава (ч.6)

    Управляя Карибской империей Куба была первоочередной целью американских сторонников территориального расширения еще со времен Джона Куинси Адамса.…

  • ... (1865-1913): Седьмая глава (ч.5)

    Блестящая война, превосходные острова Эта «блестящая малая война», как окрестил этот трехмесячный конфликт Хэй, обернулась наилегчайшими родовыми…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments