lafeber (lafeber) wrote,
lafeber
lafeber

Categories:

Пятнадцатая глава 003

Клинтон провозгласил, что отныне антитеррористическая работа представляет для него наивысший приоритет, и затем утроил сумму тех незначительных средств, что выделялись в то время на борьбу с терроризмом. Он и его помощники предупреждали, что крупный террористический акт неминуем, но признавали, что сами не знают, когда и где. Антитеррористические ресурсы ЦРУ и ФБР стремительно множились и росли. Два агентства, однако, не доверяли друг другу в такой степени, что порой они отказывались обмениваться информацией. Более того, в обоих агентствах не хватало специалистов, которые могли бы говорить на арабском языке. Повальное сокращение интереса студентов к изучению иностранных языков, да и сокращение правительственной поддержки подобного изучения в университетах США, было очередным следствием американского триумфа периода после Холодной войны. Бывший сотрудник ФБР позволил себе поворчать: «Если у вас в штате нет агента-американца со знанием арабского, то как, черт возьми, вы собираетесь рекрутировать арабов? Да вы даже не понимаете их культуру». В это самое время Клинтон секретно наладил мосты с пакистанскими агентами с целью убить бен Ладена, но шпионы Талибана проникли в ряды пакистанской разведки и сумели провалить эту операцию. «Никогда не знаешь, с кем имеешь дело. Тебе всегда приходится общаться с тенями» - жаловался один крайне расстроенный чиновник из Вашингтона (*17).

Весной и летом 2001 года разведывательные агентства США предупреждали, что планируется «крупная операция», но определить «точную угрозу» не представлялось возможным (*18). Затем 11 сентября жизни более 3000 человек неожиданно прервались.

Члены Аль-Каеды вскоре были захвачены на Ближнем Востоке. Американцы узнали, что террористы готовились к своей миссии в нескольких разных местах, включая Флориду, Миннесоту и Новую Англию. Совокупный ущерб от атак составил один триллион долларов. Уже будучи ослабленной из-за чрезмерной экспансии и последовавшего за этим быстрого упадка высокотехнологического сектора, экономика, испытавшая серию шоков, зашаталась и свалилась в свой наихудший штопор за все десятилетие. Сотни тысяч людей потеряли работу. Не было где укрыться от ужасов 11 сентября.

12 сентября президент Буш назвал нападение «военными действиями», но очень странной выглядела та война. Как сказал Буш, борьба с террористами будет очень сложной, это будет конфликт «без линкоров и высадок на плацдармы». Это войну придется вести не против государств, как было до сего момента в истории нации в крупных конфликтах, но против отдельных личностей и группы Аль-Каеда, у которой имелись ячейки в 60 странах, включая Соединенные Штаты. Президент не потребовал от американцев принести экономическую жертву на алтарь этой войны, как это происходило в 1917, 1941 и 1950 годах. Вместо этого Буш выступил по телевидению и призвал всю нацию тратить деньги «в торговых моллах» и «пользоваться внутренними авиалиниями и с удовольствием путешествовать по самым лучшим … местам Америки» — можно даже «съездить в Дисней-Уорлд» - чтобы накачать деньгами скукоженную экономику. Настраивание сложного многоголосого американского общества и подготавливание его к войне против терроризма, которая могла длится десятилетиями (как предостерег министр обороны Дональд Рамсфельд), требовало от руководителей поддерживать в американцах чувство счастья и процветания, на столько на сколько это было возможным.

Этот новый тип войны также возвестил о наступлении новой эры государственных и президентских полномочий. Предыдущая полдюжина глав исполнительной власти до Буша никогда так и не смогла вкусить настоящей имперской власти, которой располагали в свое время Кеннеди, Джонсон и Никсон в 1960-е года. Вьетнам и Уотергейт подорвали основы той власти, даже во времена крайне популярного Рональд Рейгана к ней не было возврата. Влияние центрального правительства также было поколеблено, в том смысле, что новые технологии, основанные на компьютерах, децентрализовали знания и экономические потенциалы, пересекли и ослабили границы между штатами, и тем самым бросили вызов традиционной власти национального правительства (*19). Террористы не преминули воспользоваться всеми новыми наработками компьютерной эры, чтобы обеспечить успех своим операциям. После 11 сентября стало предельно ясно, что правительства, особенно на Западе, отныне намерены регулировать все эти технологии, остановить десятилетний процесс децентрализации власти, вернуть контроль над своими границами и, сверх того, заново утвердить авторитет государства. Ни в одном государстве мира полномочия правительства не расширялись так быстро, как это было в Соединенных Штатах. Буш возглавил этот процесс, создавая мощную президентскую власть для самого себя.

14 сентября в Конгрессе договорились и решили, что они не будут объявлять войну, как того требовала Конституция. Природа врага (рассыпавшиеся по всему миру террористы) и неординарные способы ведения войны (бомбардировки в совокупности с поощрением американцев к потреблению и расточительству) — все это советовало против классического объявления войны. Правительству требовалось больше гибкости для ведения этой войны. Таким образом Сенат и Палата подавляющим большинством приняли санкционирующий закон (authorization bill), наделивший Буша правом «использовать все необходимую и надлежащую силу» против террористов, причастных к 11 сентябрю (Белый дом также захотел, чтобы Закон не ограничивался только лишь этими конкретными террористами) (*20).

Президент желал заполучить еще более обширные и более расплывчатые полномочия, но надо отдать ему должное — он выжал максимально из того, что ему удалось заполучить. Его власть выросла до таких размеров, что предположительно «случайный президент» спорных выборов 2000 года теперь располагал полномочиями равными тем, что были у Франклина Делано Рузвельта во время Второй мировой войны. 15 ноября 2001 года аналитическая заметка колумниста консервативной New York Times Уильям Сафир вышла в печать под заголовком «Один шаг до диктаторских полномочий».

Буш сперва потребовал от правительства Талибана доставить к нему бен Ладена «живым или мертвым», или же они предстанут перед угрозой военных ударов со стороны США. Когда талибы отказались (частично обосновав свой ответ тем, что мусульмане не сдают других мусульман неверным), президент вывел вооруженные силы США на исходную позицию. Для того, чтобы заполучить так сильно необходимые ему базы, он откинул в сторону годы внешней политики США в регионе, создав неформальные — а с 2002 года официальные - военные отношения с пакистанским режимом, возглавляемым Первезом Мушаррафом (всего за несколько месяцев до этого Вашингтон ввел санкции против Мушаррафа за то, что тот в 1999 году сверг избранное гражданское правительство). Буш также подписал договоренности о базах с Узбекистаном, который до 1991 года был частью Советского Союза, а после - диктаторским государством с ужасной историей нарушений прав человека, которое, однако, боролось со своими собственными исламскими террористами. Следующим своим шагом президент ужесточил иммиграционную политику, не запросив даже одобрения в Конгрессе, предложив реорганизовать Службу по иммиграции и натурализации (INS). И опять не проконсультировавшись с Конгрессом, он приказал, чтобы захваченных террористов, которые не являлись американскими гражданами, судили военным, а не гражданским, судом. Подобный приказ очень редко отдавался в истории США, он был крайне спорен (особенно принимая во внимание то, что апелляция подавалась только вышестоящей военной инстанции или самому Бушу), поэтому сразу же попал под огонь критики со стороны тех, кто был озабочен ограничением личных свобод.

Генеральный прокурор Джон Эшкрофт, параллельно с этим, заявил о своем праве задерживать подозреваемых, держать эти аресты в секрете и подслушивать беседы между адвокатами и их клиентами, даже если их клиентам еще не выдвинули официального обвинения. Он объявил о введении новой более гибкой политики в отношении прослушки сотовых телефонов. И, наконец, Буш издал распоряжение, что действующий президент может заблокировать публикацию документов из архива предыдущего президента. Этот приказ вступил в противоречие с законами и политикой Конгресса, датируемыми 1970-и годами. Его приказ сделал невозможным рассекречивание и публикацию информации (обычно доступной по прошествии 12-25 лет), которая могла бы просветить американцев, на пример, на тему, почему отец Буша приказал им воевать и умирать в Панаме и на Войне в Заливе в период 1989 и 1991 годами (*21).

Ведущая газета высказывала опасения, что американцев «вели по тропе, которая несомненно закончится позором для всей нации и подорвет наши моральные основы как всемирного защитника прав человека и поборника справедливости во всем мире». Соединенные Штаты, в конце концов, порицали других, в особенности Советский Союз, за «проведение закрытых судебных процессов» (*22). Однако, большинство американцев были менее озабочены этими опасностями (пока они не затрагивали их персонально), чем экономикой или войной. Несмотря на экономический спад, рейтинги общественного мнения Буша пребывали на исторически высоких уровнях. Антивоенные движения появились в некоторых университетских кампусах, но опросы показали, что 80 процентов студентов поддерживали авиаудары по Афганистану, более двух третей опрошенных одобряли использование наземных войск, и 60 процентов доверяли федеральному правительству в том, что оно делало нужное дело (только 36 процентов высказывали подобное доверие за год до этого). Буш оседлал волну патриотизма, которая начала подыматься после атак 11 сентября. Такие фильмы как «Спасти рядового Райана» и подобные книги («Величайшее поколение» Тома Брокау) встретили теплый прием благодаря тому, что прославляли американцев, воевавших во Второй мировой войне. Покупки противогазов, оружия (в основном дробовиков) и бутилированной воды устремились вверх после 11 сентября, но лидером продаж был американский флаг (*23).

Tags: Афганистан, Джордж У. Буш
Subscribe

  • До Триеста на Адриатике (1946-1948)

    Молотов: «Что касается параграфа С, то мы считаем, что представители судебной власти [в Триесте] должны быть выборными персонами, как это принято в…

  • Ты вся горишь в огне (1979)

    В 2017-18 годах кресло представителя США в ООН занимала Никки Хейли. Это женщина, относительно молодая (по привлекательности попадает с Сарой Пейлин…

  • Недлинные телеграммы, которые мы потеряли (1946)

    «Длинная телеграмма» Кеннана была рассекречена в 1976 году в рамках планового и обширного обнародования дипломатической переписки Госдепа за 1946…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments