lafeber (lafeber) wrote,
lafeber
lafeber

Categories:

Четырнадцатая глава 012

Не смотря на эту совершенную глупость, не взирая на причитания Клинтона, что страна вставала на губительный путь «изоляционизма», американцы до 2000 года были бОльшими «интернационалистами» (вовлеченными в международные дела), чем во время Холодной войны. Они даже изъявляли готовность поместить военные подразделения армии США под командование ООН для ведения операция по поддержанию мира. В то же самое время корпорации США требовали как никогда ранее больше информации о состоянии международных дел и подкованных в этой области опытных специалистов. Только 4 процента их вакансий содержали подобные требования к соискателям на высокие управленческие посты в 1990 году, но в 1995 году этот показатель был уже 28 процентов. Теперь даже в корпорации Тапервер (изготовитель посуды) каждый член исполнительного комитета разговаривал на 2-4 языках (*55). Пробел между этими требованиями и внешнеполитическим невежеством, показанный с помощью опросов, вполне можно понять. Соединенные Штаты были разделены между теми, кто внимательно изучил и теперь приспосабливался к изменениям глобальной деревни и теми, кто не делал ничего подобного (*56). Это деление общества помогает объяснить растущую разницу в доходах с 1973 года между самыми богатыми, средним и нижним классами.

Одно поколение назад Рейнгольд Нибур был серьезно обеспокоен тем, что американцы и русские искали опасно легкие пути, чтобы избежать политические и экономические дилеммы, и возложили все свои чаяния и веру на алтарь военной силы:

«Это является одной из тайн человеческой природы, что, хотя большинство из нас и не осознает неизбежного смешивания побудительных причин всех наших действий, мы заранее пытаемся загладить эту ошибку, постоянно помня о и делая специальный акцент на идее двойственности закона — 'есть закон, что правит нашими членами, и он противоборствует закону, что правит нашими умами'» (*57). [прим. переводчика: для понимания этой фразы см. Новый Завет, к Римлянам 7:23].

По мере того, как международная обстановка становилась все менее предсказуемой и американцы продолжали полагаться на свое военное превосходство для разрешения отдельных эпизодов, проистекающих из этой непредсказуемости, это мнение Нибура снова обретает свою актуальность. Из его точки зрения не обязательно следовал вывод о том, что с окончанием Холодной войны планета Земля станет безопасным местом. Мир периода после 1945 года жил с нависшей угрозой ядерного холокоста, но потом как-то выросло и окрепло предположение, что две сверхдержавы все же будут поддерживать политическую стабильность. Теперь мир обнаружил, что он живет в эпоху, когда ядерная угроза ослабевает, но растет политическая нестабильность - в особенности на исторических грядках войны, Центральной и Восточной Европе, в также в развивающихся регионах.

Великий и драматичный поворот в международных делах, который отметил конец Холодной войны, символизирован визитом Михаила Горбачева в г. Фултон, штат Миссури, 6 мая 1992 года. Бывший советский лидер выступил в Вестминстерском колледже, там же, где в марте 1946 года Уинстон Черчилль озвучил свой призыв к развязыванию Холодной войны против Советского Союза, предупреждая Запад, что «железный занавес» опускается через всю Европу. Горбачев в мягких выражениях оспорил страх Черчилля перед СССР и якобы его стремлением к мировому господству: «Сталин в 39-41 годах боялся войны», а Советский Союз «был истощен и уничтожен». Но Горбачев признал, что страна Советов совершила крупную ошибку, когда не разъясняла свои шаги Западу и тем самым пугала его, но и сам Запад допустил погрешность, начав гонку ядерных вооружений. Он умолял не допустить повторения подобных ошибок в будущем: «Было бы величайшей трагедией, если бы мир, который смог сбросить с себя модель международного взаимодействия образца 1946 года, вновь бы оказался в системе отношений образца 1914 года». Горбачев в особенности предостерегал об опасностях растущей пропасти между богатым Севером и бедным Югом по всей планете, а также «сгущающего краски национализма», который «уже привел к пролитию большого количества крови» (*58).

Он призвал к усилению роли ООН для поддержания мира и прекращения распространения оружия по всему свету — равно как и предостерегал американцев от «моноцентрического» взгляда, что они якобы выиграли Холодную войну и теперь могут доминировать в международных делах как их душе угодно - Горбачев здесь звучал прям как Нибур. И над обоими маячил дух Джеймса Мэдисона с его грозным предупреждением о распаде империй. Русские и американцы, некогда скованные мертвой хваткой Холодной войны, теперь согласились, что, если народы мира не «применят свои умы» для сдерживания растущего беспорядка и фрагментации, вызванной к жизни целым букетом распускающимися бутонами экономических, политических и экологических проблем, то тогда — как продемонстрировала не только история Холодной войны, но и дорогостоящие горячие войны 1989-2000 годов — они вновь могут вступить на путь легких быстрых решений, прибегнув к тому, что Нибур назвал «законом, что правит членами моими».

[конец Четырнадцатой главы]

Дополнительный материал:
Доклад ЦРУ о СССР за 1989 год:
http://statehistory.ru/5044/Doklad-TSRU-1989-g--Vnutrennyaya-politika-Gorbacheva--i-nestabilnost-v-SSSR/
Tags: Михаил Горбачев, Рейнгольд Нибур
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments