lafeber (lafeber) wrote,
lafeber
lafeber

Categories:

Четырнадцатая глава 003

В период между 1990 и 1998 годами экспорт Мексики в США и Канаду рос отличным темпом в среднем по 16 процентов в год. В 2000 году мексиканские избиратели выбросили на свалку истории высоко коррумпированную ИРП (Институциональную революционную партию), которая управляла страной 70 лет. Они избрали яркого Винсента Фокса, который когда-то был управленцем в одной американской корпорации. Фокс во всем соглашался с Доктриной Клинтона. Он даже просил полностью открыть границу между США и Мексикой, чтобы американские и мексиканские граждане могли свободно пересекать ее туда и обратно когда захотят (принимая во внимание, что каждый год 300,000 мексиканцев незаконно пересекали границу, преодолевая колючую проволоку и прячась от вооруженных пограничников, то ни Клинтон, ни большинство американцев не были готовы принять это предложение Фокса). А в остальной Латинской Америке, и это признавали даже чиновники из администрации Клинтона, свободные рыночные экономики не работали как полагалось. Уровень бедности оставался на том же уровне, что и в 1979 году. Около 150 миллионов людей, или чуть больше одной трети от всего населения Латинской Америки, жили на $2 доллара в день или меньше (*8).

Воздействие НАФТА на Канаду было не лишено драмы. Лидер канадской националистической группы заявлял, что «мы целенаправленно и сознательно превращаемся в часть Соединенных Штатов Америки». Вооруженные силы Канады были видоизменены для тесного сотрудничества с ВС США. Канадцы продавали больше товаров американцам (объем приграничной торговли в день равнялся $1 миллиарду долларов), чем канадцам из других провинций. Инвестиции из США выросли до уровня, когда Канада контролировала только 70% своего производственного потенциала, а это ниже уровня любой другой промышленно развитой страны, обладающей своим собственным производственным капиталом. Восемьдесят процентов канадцев, чей родной язык был английский, читали американские газеты и смотрели голливудские фильмы и телевизионные шоу (в большинстве из них играли актеры канадского происхождения, переехавшие на юг). Остальные 20 процентов, которые говорили на французском языке в провинции Квебек, становились все больше недовольными и начинали высказывать мысль о создании независимого государства. Пик этих настроений пришелся на середину 90-х годов, которые спали, частично из-за экономического давления США. Новые политические группы, ведомые быстро растущей Партией консервативного альянса, копировали законы США о повышении налогов и сокращении социальных расходов, тем самым в своем роде предавая канадскую традицию щедрой поддержки национальной системы здравоохранения, культурных институтов и программ социальных пособий. После десятилетия работы НАФТА одна треть опрошенных канадцев сказала, что в течение 25 лет США и Канада скорее всего станут одним единым государством. Но в обществе копился гнев, направленный против этого объединения. Как заметил один канадский чиновник, подготавливающий это соглашение в 1988 году: «Американцы горды быть теми, кем они являются — то есть, американцами. Канадцы же горды, что они те, кем они не являются — то есть американцами» (*9).

Добившись успеха на поприще НАФТА, Клинтон направился на битву за самый многолюдный рынок мира — Китай. В 1992 году Клинтон обвинил Буша в «ухаживании за диктаторами» и том, что тот ставил торговые привилегии выше прав человека в Китае. К 1994 году, однако, Клинтон уже почти забыл о правах человека (с которыми, кстати, стало только хуже в Китае), чтобы сохранить Китай в качестве многообещающего торгового партнера. В 1995 году появилась другая проблема. Всемирная торговая организация (ВТО) была создана 135 государствами, чтобы заменить собой Генеральное соглашение по тарифам и торговле (ГАТТ). ВТО были вручены полномочия устанавливать правила глобальной торговли. Китай кровь из носа хотел приобщиться к процессу разработки этих правил. Однако, он не мог присоединиться к ВТО до тех пор, пока не было выработано долгосрочное соглашение с самым влиятельным членом ВТО, а именно США.

Клинтон вновь нажал на все доступные ему кнопки, чтобы продавить это соглашение, хотя, к отвращению его собственной Демократической партии, в нем опять не было нужных положений и оговорок, которые помогли бы защитить трудовые права и китайскую экологию. Клинтон получил сильную поддержку от нового Китайского лобби. Старое лобби в 1950-е года стояло на страже интересов Тайваня в Вашингтоне, направленное против коммунистического Китая. Произошел приятный во всех отношениях разворот, и теперь новое лобби защищало интересы коммунистического Китая в Вашингтоне, будучи направленным против Тайваня и Демократической партии, которая была критично настроена в отношении Китая с его нарушениями прав человека. Лобби включало в себя всесильные корпорации США (AT&T, Microsoft, General Motors, Motorola, Boeing – который закрыл свой гигантский завод в Канзасе целиком и перенес его операции в Китай — а также ключевые фермерские экспортные группы), которые считали, что их будущее зависит от китайского рынка. Как отметил Джек Уэлш, глава General Electric, если инвестиции GE окажутся ошибкой, то это «всего лишь пара потерянных миллиардов долларов. Если мы оказались правы, то наша компания гарантировано попадает в будущее столетие». Китай во всем сотрудничал с этим лобби согласно древнему китайскому высказыванию: «Используй варваров для того, чтобы контролировать варваров». К 2000 году одно «варварское племя» (американцы) инвестировало 24 миллиарда в Китай (*10).

Как только торговый представитель США Шарлин Барщевская приступила к переговорам о сделке, Доктрина Клинтона столкнулась с четырьмя главными препятствиями. Во-первых, некоторые китайские функционеры боялись, что, открыв свои так долго закрытые рынки и позволив зайти на них пронырливым американским предпринимателям, они расшатают контроль Коммунистической партии (на что и рассчитывала Доктрина Клинтона) над страной. Китайская военная верхушка, у которой самой были миллиарды инвестированы в промышленность и курорты, неожиданно могла столкнуться с конкуренцией, равно как и 900 миллионов крестьян, которые покупали и продавали товары на контролируемых правительством рынках. В конце переговорного процесса китайские чиновники согласились с требованиями Барщевской - частично из-за своего желания попасть в ВТО, также потому что они знали, что без помощи США они могли легко отстать в информационной революции, и частично из-за своего намерения растянуть во времени выполнение взятых на себя обещаний. Вторым препятствием был Тайвань, который Китай считал своей собственной территорией, и влиятельные друзья Тайваня в Конгрессе США. Когда китайское руководство попыталось оказать влияние на политику Тайваня в 1996 году, проведя военные учения вблизи острова и произведя запуск ракет вдоль тайваньских берегов, Клинтон отдал приказ ввести авианосцы США в Формозский пролив. На горизонте замаячила перспектива военного противостояния, но затем Клинтон дал задний ход. Но напряжение вокруг Тайваня сохранилось на высоком уровне.

Третье препятствие отвлекло на себя внимание Клинтона в основном в период 1997-1998. Когда президента обвинили в сексуальных отношениях со стажеркой Белого дома Моникой Левински, он солгал, заявив: «Я не вступал в половую связь с этой женщиной». Когда улики доказали обратное, Палата представителей, контролируемая республиканским большинством, начала процедуру импичмента на основании обвинения его в лжесвидетельствовании и препятствии осуществлению правосудия. Клинтон стал вторым президентом США, подвергнувшимся процедуре импичмента. Сенат оправдал его в феврале 1999 года. Но два года сенсаций и разоблачений практически истощили и уничтожили его второй срок. Четвертым препятствием стала его собственная Демократическая партия и рабочие профсоюзы, которые обеспечивали миллионы голосов для Демократической партии. Они желали получить защиту против дешевого китайского труда, а также добавление более зубастых законодательных положений, защищающих экологию и права человека. Эти оппоненты отметили, что США уже страдали от торгового дефицита с Китаем на уровне $70 миллиардов долларов в год, и договор только ухудшит эту ситуацию.

Клинтон, республиканские лидеры и новое Китайское лобби отвечали на эту критику, что без этого договора (согласно которому китайцы обещали открыть ключевые сектора своей экономики для инвесторов и торговцев из США) американцы никогда не смогут сократить торговый дефицит. Предприниматели США таким образом потеряют потенциально самый крупный рынок в мире, уступив его Японии и европейцам. Клинтон добавил аргумент из области национальной безопасности: отклонение договора поможет антиамериканским консерваторам в Пекине, которые желают противостояния, а не торговли, со Штатами. Что же насчет прав человека, то Доктрина Клинтона была готова поклясться, что, как только китайские власти разрешат интернет и допустят к себе компании, разрабатывающие программные продукты, то в стране возникнут многочисленные политические дискуссии, которые в результате ослабят коммунистическую систему (по той же модели, в которой технологический вызов вынудил Горбачева и Советский Союз меняться и открыться до полного исчезновения СССР). 19 сентября 2000 года Сенат проголосовал 83 голосами за и 15 против и ратифицировал работу, проделанную Барщевской, и распространил постоянные нормальные торговые отношения на Китай (*11).


(*8) Nicholas Guyatt, Another American Century? (New York, 2000), pp. 14-21 на тему мексиканского выкупа и последствий; Economist, August 26, 2000, p. 26, 2000, p. 25, on Fox; Melvin Small, Democracy and Diplomacy (Baltimore, Md., 1996), последняя глава дает полезный материал о Клинтоне; Jim Hoagland, “Heeding the Voice of Silent Cal,” Washington Post, February 9, 1995, p. A29; Washington Post, May 14.
(*9) Steven Pearlstein, “The Americanization of Canada,” Washington Post, September 5, 2000, p. A1; широко известный анализ Канады в книге Richard Gwyn, Nationalism Without Walls: The Incredible Lightness of Being Canadian (Toronto, 1995).
(*10) The New York Times, September 21, 2000, p. A12; Washington Post, March 24, 1994, p. A29; Ken Silverstein, “The New China Hands,” The Nation, February 17, 1997, pp. 11-16; Washington Post, March 18, 1997, p. D1; наилучшее повествование китайской стратегии Клинтона находится в главах 16-18 книги James Mann, About Face (New York, 1999).
(*11) The New York Times, September 20, 2000, pp. A1, A16 содержит полезный и полный обзор.
Tags: Билл Клинтон, Китай, США
Subscribe

  • До Триеста на Адриатике (1946-1948)

    Молотов: «Что касается параграфа С, то мы считаем, что представители судебной власти [в Триесте] должны быть выборными персонами, как это принято в…

  • Ты вся горишь в огне (1979)

    В 2017-18 годах кресло представителя США в ООН занимала Никки Хейли. Это женщина, относительно молодая (по привлекательности попадает с Сарой Пейлин…

  • Недлинные телеграммы, которые мы потеряли (1946)

    «Длинная телеграмма» Кеннана была рассекречена в 1976 году в рамках планового и обширного обнародования дипломатической переписки Госдепа за 1946…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments