lafeber (lafeber) wrote,
lafeber
lafeber

Categories:

Тринадцатая глава 002

Родившийся в богатой семье, воспитанный атлетически одаренной матерью и отцом, который был международным банкиром и сенатором США, Джордж Герберт Уокер Буш являлся самым молодым летчиком ВМС США во время Второй мировой войны. Он стал героем после того, как его сбили, потом спасли, после чего он вернулся к полетам и налетал еще 1200 боевых часов. Сколотив свое состояние на техасской нефти, Буш использовал Хьюстон в качестве своей базы, когда помогал создать современную Техасскую республиканскую партию. Одним из его близких друзей, тех, что ходили с ним вместе на теннисный корт, был Джеймс Бейкер, хорошо обеспеченный потомок одного из старых бизнес-кланов США, политически влиятельной семьи «старых денег» из Хьюстона. Полевая работа в афроамериканском и латиноамериканском кварталах помогла Бушу расширить базу практически несуществующей партии, и в 1966 году он выиграл выборы в Конгресс. В Сенат ему пройти не удалось, но в период между 1971 и 1981 годами он приобрел широкий кругозор в качестве представителя США при ООН, потом в Китае, главы ЦРУ и затем вице-президента. Он заработал репутацию взвешенного прагматичного республиканца. Во внешней политике, однако, он временами выступал ярым апологетом и воином Холодной войны, так, например, в 1965 году он заявил: «Я поддержу президента вне зависимости от того, какое оружие он применит в Юго-Восточной Азии», и в 1980 году его антикоммунистическая риторика порой была жестче Рейгана (*6).

Буш назначил Бейкера своим государственным секретарем. Бейкер руководил несколькими кампаниями Буша, включая лютую расправу над кандидатом от демократов Майклом Дукакисом в 1988 году. Широко известный как «политический гений» с «идеальным вашингтонским резюме» (глава администрации Белого дома, министр финансов, успешный политик-практик, искусный манипулятор прессой), Бейкер мало что знал о внешних делах. Признавая, что «его больше интересовала сама игра, чем философия», а также то, что он никогда не размышлял глубоко и усердно над вопросами внешней политики, Бейкер как политик справился со своей работой также хорошо как и все те, кто занимали кресло государственного секретаря до него, начиная с Уильяма Сьюарда из администрации Линкольна. Советником Буша по делам национальной безопасности стал генерал Брент Скоукрофт, который имел больше интереса к внешней политике, но в то же время он проявлял крайнюю осторожность. Скоукрофт был специалистом по вопросу ограничения вооружений — важность этой темы клонилась к закату по мере того, как Горбачев разоружался в одностороннем порядке. Бейкер сколотил группу из четырех молодых специалистов, чьи политические таланты мало кем оспаривались, но чью способность сдвинуть с места сорокапятилетнюю глыбу внешней политики США и заставить многоголовую закостенелую бюрократию подвинуться вместе с ней — все еще предстояло увидеть своими собственными глазами. Один высокопоставленный сотрудник предостерегал: «Ни Буш, ни Бейкер не читали историю». Большой объем исторической памяти и опыта был потерян, когда Бейкер довольно беспощадно уволил крайне успешный профессиональный персонал Джорджа Шульца и заменил его своими собственными близкими помощниками, лишь некоторые из которых обладали обширными знаниями о СССР (*7).

Бейкер блеснул своими политическими умениями, когда быстро и решительно разобрался с теми центральноамериканскими вопросами, что раздирали политику США и администрацию Рейгана в 80-е года. Государственный секретарь осознал, что никарагуанские контрас, которых создал Рейган и восхвалял как «борцов за свободу», на самом деле были жалкими неудачниками и что не стоило из-за них бодаться с Конгрессом. Бейкер решил распустить контрас взамен обещания сандинистов провести открытые выборы в феврале 1990 года. Это была хорошо просчитанная авантюра в расчете на то, что сандинисты проиграют выборы, и многие аналитики предрекали, что Бейкер проиграет в этой азартной игре. Но он подстраховал свою ставку, получив гарантии Горбачева, что Советы перестанут поставлять оружие сандинистам и надавят на них, вынудив согласиться с результатами выборов. Бейкер бросил кости на стол — и выиграл. Сандинисты проиграли выборы коалиции, которую возглавляла Виолета Чаморро, глубокоуважаемый газетный издатель, и передали власть ей. В 1991 году Бейкер достиг схожей победы, когда заставил кровавый правый режим в Эль-Сальвадоре помириться с левой революционной FMLN. И вновь СССР подсобил ему. Вторым героем в этой истории выступил бывший президент Коста-Рики Оскар Ариас, именно чей мирный план от 1987 года Бейкер использовал, но он о чем он редко упоминал (*8).

Под бархатными перчатками его вежливой дипломатии легко угадывались железные кулаки. 20 декабря 1989 года, как раз тогда, когда Горбачев отказывался от принципа применения силы и скидывал с себя вериги советского империализма, Буш применил свои вооруженные силы и напомнил всем теперь уже об американском империализме, осуществив интервенцию в Панаму, отправив туда корпус в размере 27,000 солдат. Это стало крупнейшей военной операцией США со времен Вьетнама. Буш заявил, что он вторгся в эту страну, чтобы прикрыть Панамский канал; защитить граждан США (один морской пехотинец США был убит на улице Панамы, а другие американские граждане подверглись преследованию); остановить широкий поток наркотиков, поставляемых через Панаму, и схватить Мануэля Норьегу, диктатора, который перестал подчиняться и бросил вызов Рейгану и Бушу. Критики поставили под сомнение эти причины. Никто так и не смог доказать, что Панамскому каналу что-либо угрожало. Граждане США, над чьими жизнями нависала угроза в других странах, своевременно получали защиту своего правительства без необходимости свергать правительства и забирать от 250 до 1200 жизней (в основном это были гражданские лица). У наркотрафикантов были другие пути поставки своего товара вышедшим из под контроля американским наркоманам; и нужно уточнить, что перевозка наркотиков через территорию Панамы только увеличилась после вторжения. Другие причины представляются более важными. Наблюдатели отметили фразу Буша, который заявил, что Норьега лично ему «доставлял одно сплошное расстройство», затем они припомнили, что Норьега как-то обозвал Буша «трусливым обывателем» (wimp) после того, как тот не сместил Норьегу несколькими месяцами раньше, когда у Буша был такой шанс, и пришли к выводу, что мотивы Буша были личными и политическими.

Два последствия этого вторжения представляют для нас особый интерес. Во-первых, президент не посоветовался с Конгрессом перед тем, как развязать войну с Панамой. Также ни Сенат, ни Палата представителей даже не озаботились тем, чтобы тщательно исследовать все заявленные причины и полученные кровавые результаты этого решения. Получилось так, что внешнеполитические полномочия и власть Буша по своему размаху и мощи почти сравнялись с имперским президентством 1960-х годов. Во-вторых, хотя президент и Конгресс пообещали новому панамскому режиму всю свою помощь и поддержку, мало что было выдано и получено. Соединенные Штаты, признался Буш, имели «силу воли», но у них не было «кошелька». Экономический спад в стране негативно влиял на способность США помогать своим друзьям. Панамское правительство, возведенное с помощью США, в это время показывало свою недееспособность и военную зависимость от США в деле подавления восстаний внутри своей собственной армии. Коррупция, отмывка наркоденег и безработица стали чумой для панамского населения. Дело даже дошло до того, что панамцы умоляли США не выводить свои базы (и доллары, которые их сотрудники тратили) из их страны 31 декабря 1999 года, хотя согласно договорам 1977-1978 срок для вывода подошел. Холодная война закончилась, и Панамский канал терял свою важность в эту новую эру супертанкеров и развитой железнодорожной системы. Вместе с этим США теряли свой интерес к панамцам (*9). Как и было запланировано США передали канал Панаме, сохранив за собой право защищать этот водный путь во время любого кризиса.

С Панамой он разобрался быстро и решительно, а вот с Горбачевым и стремительно меняющимся советским блоком он проявил предельную осторожность, которая удивила наблюдателей. Казалось, что у его президентства стали проявляться черты, так сказать, шизофрении. Первая его половина являлась «личным» президентством, отмеченная вихрем многочисленных встреч, путешествиями, игрой в гольф, бегом и рыбалкой. Складывалось впечатление, что шестидесятипятилетний Буш постоянно находился в движении. Его героем был Теодор Рузвельт, чей портрет висел в Белом доме, и новый президент, очевидно, следовал трубному призыву ТР «вести энергичный образ жизни». Но другая половина его характера представляла собой осторожное, даже пассивное президентство, особенно тогда, когда приходилось принимать сложные политические решения (*10). Его отношение в стиле «давайте подождем и посмотрим, может оно само собой как-нибудь разрешится» стало особенно заметным во внутренних делах. Большую часть своего президентства он следовал именно этому подходу, именно тогда, когда происходило самое важное событие второй половины двадцатого века, распад советской империи.

(*6) Randall Rothenberg, “In Search of George Bush,” The New York Times Magazine, March 6, 1988, pp. 29-49; David Hoffman's analysis in Washington Post, December 7, 1988, p. A26; Ibid., May 3, 1979, p. A2.
(*7) George Bush and Brent Scowcroft, A World Transformed (New York, 1988), p. 20; John Newhouse, “Profiles; The Tactician,” The New Yorker, May 7, 1990, pp. 50-51; Jack F. Matlock, Jr., Autopsy on an Empire (New York, 1995), p. 185.
(*8) US Department of State, “Secretary Baker: Democracy and American Diplomacy,” Current Policy, no. 1266; Don Berdorfer, The Turn: From the Cold War to a New Era. The US and the Soviet Union 1983-1990 (New York, 1991), pp. 268-270, 338-342.
(*9) Richard E. Cohen, “Marching Through the War Powers Act,” National Journal, December 30, 1989, p. 3120; The New York Times, January 21, 1990, p. E3, February 11, 1990, p. 20, and January 18, 1992, p. 5. Washington Post, February 4, 1995, p. A14; Eytan Gilboa, “The Panama Invasion Revisited,” Political Science Quarterly, 110 (Winter 1995-96): 551-559.
(*10) Charles O. Jones, “Meeting Low Expectations.” In Colin Campbell and Bert A. Rockman, eds., The Bush Presidency; First Appraisals (Chatham, N.J., 1991), pp. 37-59.

[искал видео-выступление Норьеги, в котором тот называет Буша "обывателем", не нашел, но зато отыскалась запись слушаний в подкомитете Сената 1988 года по делу о незаконной перевозке наркотиков; ныне всем известный Джон Керри председательствует в этом подкомитете и снимает показания у некого Освальда Кинтано, который организовывал сделку по поставке наркотиков через Гаити с высокопоставленным офицером Гаити Жан-Клодом Полом; Джон Керри также знаменит тем, что он в это самое время проводил сенатское расследование по делу иран-контрас]

Tags: Джордж Буш, Холодная война
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments