lafeber (lafeber) wrote,
lafeber
lafeber

Category:

Десятая глава 004

Ракетный кризис не поспособствовал осуществлению «Великого замысла» Кеннеди для Европы, но довольно трагичным образом пришпорил аллюр американского натиска во Вьетнаме. Ключевые политики Вашингтона предположили, что одним из достижений октябрьского противостояния стала ядерная ничья между двумя сверхдержавами. Обе самым очевидным образом показали свою крайнюю неохоту прибегнуть к силе атома. Соединенные Штаты одержали верх преимущественно из-за того, что Хрущев неумно бросил вызов Кеннеди в Карибском регионе, где обычные военно-морские силы США пользовались неоспоримым превосходством.

Несколько месяцев обе стороны обсуждали вопрос снижения накала Холодной войны. Если предположение было правильным, что обе великие державы взаимно трепетали перед ядерным арсеналов соперника, тогда, как заключила администрация Кеннеди, лидеры развивающихся стран могут посчитать, что им выпала хорошая возможность сыграть на противоречиях Запада против Востока или, как это происходило в Юго-восточной Азии и Африке, предпринять революционные изменения, не опасаясь того, что США или СССР смогут придать свою форму этим изменениям. Если националистические лидеры начнут действовать, исходя из этих убеждений, то развивающийся мир может в значительной мере потерять управляемость, и, возможно, даже станет опасно радикальным с точки зрения Вашингтона. В особенности Кеннеди опасался того, что расовые войны между белыми и черными, которые грозили вот-вот разразиться в южных частях Африки, находящихся под контролем португальцев, предоставят коммунистам уникальную возможность для вмешательства. Чиновники США разработали новые стратегии для сдерживания радикальных конфликтов (*12). Подобный взгляд идеально вписывался в другие американские страхи, что генеральная линия коммунистов на поддержку (но не на прямое вовлечение) «освободительных войн» была принята в 1960-1961 годах специально для использования в своих интересах подымающего голову локального национализма. Новые «колонисты» посвятили себя срыву «освободительных войн» внутри подобных националистических движений. Вьетнам должен был стать показательным примером.

Президент сосредоточил свое внимание на Юго-восточной Азии также потому, что он надеялся дисциплинировать коммунистический Китай и сдержать его порывы к экспансии. В 1949-1950 года Кеннеди был членом Палаты представителей, и тогда он присоединился к республиканцам в осуждении администрации Трумэна за то, что тот предположительно «потерял» Китай. Он смягчил свои взгляды в 50-е года, но, готовясь к президентской гонке в 1960 году, он с крайней неохотой раздумывал о том, чтобы отказаться от применения ядерного оружия: «Интересно, можем ли мы надеяться на то, что у нас получится сдержать продвижение китайцев в южном направлении с их бесчисленными конвенциональными армиями?» (*13). После ракетного кризиса Кеннеди суммировал свою позицию в разговоре с Андре Мальро, министром Франции по делам культуры. Помощник государственного секретаря по делам Европы Уильям Р. Тейлор описал беседу:

«[Кеннеди] хотел передать де Голлю сообщение через Мальро … что на самом деле нет ни одной причины, из-за которой между нами и Францией могли быть расхождения в Европе, или между нами и нашими европейскими союзниками, потому что над Европой больше не нависала угроза советского военного вторжения [со времени кубинского ракетного кризиса] … Зоной, где в будущем могут возникнуть проблемы, … был Китай. Он сказал, что было важно, чтобы он, де Голль и другие европейские лидеры думали сообща о своих шагах, о том, что будет, когда Китай обзаведется своим ядерным оружием, что произойдет тогда…. В будущем это станет величайшей угрозой для человечества, свободного мира, свободы на Земле. Отношения с Советским Союзом можно было сдержать и развивать в рамках взаимного понимания невозможности достичь выгод посредством войны. Но в случае с Китаем это ограничение не будет эффективным, потому что китайцы будут готовы принести в жертву сотни миллионов своих собственных людей, так как они мало ценят человеческую жизнь, если это будет необходимо для осуществления их воинственных и агрессивных стратегических планов» (*14).»

Ракетный кризис и берлинское противостояние в 1961 году усилили веру администрации в то, что она знала, как угрожать применением или, если необходимо, в действительности применять обычную военную силу для достижения максимальных результатов. Чиновники Белого Дома шутили, что бедный Джон Фостер Даллес никогда так и не смог найти подходящей войны для своего «массированного возмездия»; эти прагматичные сторонники Кеннеди, однако, очевидно разрешили загадку века, идеально соизмерив силу относительно кризиса. Одна ложная посылка, в конце концов, разрушила этот замок самолюбования и самоудовлетворения: в Берлине и на Кубе русские отступили (Кастро, что примечательно, был готов сражаться до конца, только чтобы оставить ракеты на острове); во Вьетнаме Соединенные Штаты имели дело с вьетнамскими националистами, которым, как Кастро, было еще далеко до победы и все же те продолжали сражаться против очевидно подавляющей огневой мощи США (*15).

Этот фатальный изъян не проявлял себя явным образом в 1962-1963 годах. Наоборот, осенью 1962 года политика президента, казалось, доказала свою правильность во время краткой войны между Индией и Китаем. Индия спровоцировала войну во время приграничного спора вокруг территории, которая была более важной для Китая, чем для Индии. Китайцы атаковали с сокрушительной мощью, уничтожив миф об индусской силе и американскую надежду на то, что Индия может стать краеугольным камнем в политике сдерживания Китая. Китайцы предусмотрительно оккупировали только часть спорной территории, добровольно выведя войска из других захваченных районов. 20 ноября премьер-министр Неру экстренно запросил Кеннеди о помощи. Американский авианосец пересек южную акваторию Тихого океана и направился в сторону Индии, но до того момента, когда он смог бы стать фактором, довлеющим над конфликтом, кризис завершился (*16). Некоторые политики Вашингтона все же вывели ошибочное заключение, что китайцы отступили только после получения предупреждений от США и, независимых от действий США, СССР.

Советники Кеннеди продемонстрировали схожую необоснованную уверенность в своей способности контролировать и соизмерять силу в конце 1962 года, когда они решили превратить Лаос в проамериканский бастион. Тем самым они помогли уничтожить Женевские соглашения, которые США торжественно подписали в середине лета 1962 года. Эти соглашения предусматривали вывод всех иностранных войск с территории Лаоса. Коммунисты из Патет Лао должны были присоединиться к коалиционному нейтральному правительству Суванна Фума. Военные советники США в действительности начали покидать страну, но тут в дело вступило ЦРУ, начав поставки припасов племени Мео, эффективной партизанской армии, что действовала в тылу Патет Лао.

В апреле 1964 года, однако, правый переворот во Вьентьяне низвел Суванну до уровня номинального правителя страны. Патет Лао нанес ответный удар обширным наступлением, угрожая завоевать всю Долину Кувшинов. Соединенные Штаты тогда начали небольшие, но методичные бомбардировки в Лаосе, которые Вашингтон тщательно пытался держать в секрете. Чтобы сохранить предположительно жизненно важные костяшки домино, советники Кеннеди-Джонсона начали уверенно расширять область и масштабы применения силы (*17). Результатом, однако, стало то, что, в тот самый момент, когда США увеличили свои обязательства перед Южным Вьетнамом, контроль был потерян над ключевой территорией Лаоса, и эта страна превратилась в открытый канал поставки коммунистической помощи Фронта национального освобождения в Южном Вьетнаме.

(*12) Thomas Borstelmann, “Hedging Our Bets”… John Kennedy and Racial Revolutions in the American South and Southern Africa,” Diplomatic History, 24 (Summer 2000): 451-452; Walt Whitman Rostow, “Domestic Determinants of U.S. Foreign Policy; The Tocqueville Oscillation,”Armed Forces Journal, June 27, 1970, pp. 16D-16E; так же см. Rostow “From the Seventh Floor” (New York, 1964).
(*13) Kennedy to George Kennan, January 21, 1960, Oral History Interview with Mr. Kennan, March 23, 1964, Kennedy Library. Used by permission.
(*14) Oral History Interview with William R. Tyler, March 7, 1964, Kennedy Library; and Mr. Tyler to author, December 10, 1971.
(*15) David Halberstam, “The Programming of Robert McNamara”, Harper’s, February 1971, p. 68.
(*16) Allen Whiting’s review of Neville Maxwell’s India’s China War in Washington Post, May 25, 1971, p. B6.
(*17) D. Gareth Porter, “After Geneva: Subverting Laotian Neutrality.” In Nina S. Adams and Alfred W. McCoy, eds., Laos: War and Revolution (New York, 1970), pp. 179-212.
Tags: Вьетнам, Холодная война
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments