Previous Entry Share Next Entry
Рассказывает генерал Дж.Дин (1947)
lafeber
Генерал-майор армии США Джон Р. Дин (Deane) был главой военной миссии США в СССР и находился в Москве с 1943 по 1945 с целью обмена разведывательной информацией и координации наступательных операций союзников. Он присутствовал на Московской конференции в 1943 (его подпись под протоколом вторая), договаривался о выделении аэродромов для американских бомбардировщиков США под Полтавой, фактически работал в посольстве США, будучи равным по рангу Гарриману, то есть, был вполне себе дипломатом. В двухтомнике «Холодная война», что вышел в 2014 году в ИНЭС-Рубин, Дину дают не совсем лестную характеристику, включив его фамилию в список сторонников жесткого курса (наряду с Форрестолом, Грю и Бирнсом). Справедлива ли эта оценка относительно Дина, не знаю, но уж точно не стал бы доверять этому свежеотпечатанному в Москве двухтомнику. Пусть он и составлен бесспорными историками-патриотами под редакцией действительного государственного советника Российской Федерации I класса В.А.Золотарева, но одной беззаветной любви к Родине всё же мало. Не очень хочется в 2016 году читать очередное одностороннее изложение событий по схеме «Немыслимое — Фултон — Кеннан — Пинчер — 400 атомных бомб на советские города — НАТО» с явным пропуском ряда фактов и событий, ставших известными историкам за последние 25 лет. Хотя бы крупицу незаезженного материала скормили. Незачёт.

Отрывок из книги генерал-майора Джона Р. Дина «Странный альянс» (The Strange Alliance), опубликованный в журнале Лайф 20 января, 1947 года (перевожу частично):



«Мои первые встречи с Ворошиловым и Антоновым вполне соответствовали шаблону советского поведения, который потом еще не раз проявится в наших будущих отношениях с советскими официальными лицам. Эту модель можно проиллюстрировать в виде цикла, через который проходят все наши военные и политические контакты с Советским Союзом. Периоды согласия неизменно сменяются периодами разногласий. Сверх того, отношение, существующее на данный момент, проникает и находит свое единовременное отражение во всех агентствах и органах этого правительства. В то время, как меня отчитывали за то, как мы ведем наступление в Италии, Молотов изливал те же самые жалобы на посла Гарримана, информируя тем самым нас о недовольстве Сталина прогрессом по этому вопросу. Как после согласия, достигнутого на Московской конференции, последовало охлаждение, связанное с нашими итальянскими операциями, так и за Ялтинской конференцией наступил период размолвки по поводу Польши, а за Потсдамской конференцией случился полный провал Совета министров иностранных дел в Лондоне всего лишь месяц спустя.

Мы с Гарриманом очень часто обсуждали этот феномен и пытались вычленить причины, стоящие за ним. Возможно, что Советский Союз ведет свою внешнюю политику подобно всаднику, что оказался на горячем жеребце — время от время пуская коня в галоп, отпуская поводья, чтобы затем сильно натянуть удила - вынуждая коня всегда скакать к назначенной цели и подчиняя его волю пожеланию всадника».


«Когда Черчилль прибыл в Москву в октябре 1944 года, Гарриман попросил его помочь ему убедить Сталина в важности того, что СССР нужно уже сейчас начать готовиться к Тихоокеанской войне. Мы все собрались в конференц-зале рядом с кабинетом Сталина где-то в 9 часов вечера 14 октября 1944 года. … Вечером следующего дня выступал уже Сталин. Он сказал, что Советский Союз примет участие в наступательных операциях против Японии в течение 3 месяцев после поражения Германии, при условии, что США помогут нарастить необходимые резервы для снабжения войск, и что Китай согласится с советскими требованиями к Японии на Дальнем Востоке. Встреча закончилась, и мы все ушли с нее полностью уверенными, что достигли в тот день существенного продвижения вперед, даже если непосредственные шаги после нее заключались всего лишь, как всегда, в отправке еще бОльших объемов американской материальной части за рубеж. Когда Энтони Иден и Гарриман попросили изложить выводы и итоги этих двух встреч в письменном виде, Сталин сильно возмутился. Он подчеркнул необходимость полной секретности и сказал, что любая утечка о проходящих переговорах со всей очевидностью приведет к японскому нападению, за чем несомненно последует потеря жизненно важного Владивостока с прилегающей территорией. Он добавил: «Стенографы и секретари обычно преувеличивают важность своей роли, нетерпеливо делясь новостями со своими друзьями, и тем самым военные секреты перестают быть таковыми». Он добавил: «Я старик очень осторожный».»


«В начале третьей встречи нам вручили семистраничный машинописный документ, в котором перечислялись продовольствие, топливо, транспортные средства и прочие припасы, необходимые для обеспечения Сибирского фронта [Siberian force] численностью в 1,500,000 человек с 3,000 танками, 75,000 автомобилями и 5,000 самолетами. Общий тоннаж включал 860,410 тонн сухого груза и 206,000 тонн наливного, и доставка должна была быть осуществлена до 30 июня 1945 года. Это было очередное заданьице [neat little chore], которое СССР взвалил на США... США удалось доставить 80% обещанных припасов к 30 июню 1945 года. ...»

«В выделении и отправлении нашей материальной части, основываясь только лишь на советских декларациях об их потребностях, существовал риск неэффективности, на что было обращено мое внимание в начале 1944 года в связи с дизельными двигателями, которые предназначались к установке на советские малые патрульные суда. Эти двигатели были критически важными для наших собственных операций в районе канала и амфибийных высадок в Тихом океане. Мы обнаружили, что русские имели 126 двигателей на руках, и только три их них были уже поставлены на место. Корпуса 45 судов были готовы к завершающему монтажу, но тот так и не начался. Большая часть двигателей портилась, покрываясь ржавчиной, хранясь под открытым небом. По факту 75 процентов бесценных силовых установок в наличии ржавели, но это не помешало русским попросить США выслать им еще 50 штук. Сколько еще критически важного оборудования пропало так из-за бесхозности, никто не знает, так как нам не разрешалось наблюдать за использованием американской техники и припасов».

«Практичный народный комиссар внешней торговли СССР Микоян А.И. отлично понимал, что США будут одобрять все возможные заявки, если те попадали под требования закона о Ленд-лизе. В результате мы очень сильно помогли СССР с его послевоенным восстановлением и программами по индустриализации. ...Был еще один пример, типичный для советских заявок, что мы удовлетворили. Завод по производству шин целиком был вывезен из США и перевезен в СССР, но так и не выпустил ни одной шины за всю войну. Станки и оборудование демонтировали с фордовского завода Ривер-Руж, что рядом с Детройтом. Проект должен был обойтись в 6,000,000 долларов, и планировалось производство одного миллиона шин в год из советского сырья и синтетического каучука, что должно было помочь уже нам, так как освобождало нас от обязанности опустошать собственные недостаточные складские запасы. Покупка завода началась в ноябре 1942 года, и год спустя все это оборудование было разобрано и отправлено в СССР. К ноябрю 1943 года русские получили 90% этого фордовского завода, а к ноябрю 1944 года — оставшуюся часть.... Дважды советская сторона меняла планы размещения будущего завода. Заявки на дополнительное оборудование продолжали поступать, первоначальная цена увеличилась с 6 млн. до 10 млн. долларов. … В июне 1945 года, почти 3 года спустя после начала этого проекта, здания были построены и оборудование установлено, но отсутствовали подключения к воде, пару, сжатому воздуху, электричеству. Из-за внесенных русскими изменений завод никогда не будет выдавать более 70% объема от паспортной продукции, хотя в Ривер-Руж выпуск составлял 115 процентов. Когда меня спрашивают, сколько времени уйдет у русских, чтобы создать атомную бомбу, мне в первую очередь на ум приходят американские заводы в Оак-Ридж и других местах, и то, как русские запускали этот шинный завод , который был уже разработан, сделан и был готов к монтажу»

Источник: Life, 20 january, 1947


  • 1
>>>neat little chore
классная характеристика.

про шинный завод интересная история.

Про шинный завод нашлось немного в монографии "Экономический фундамент победы: ..." (стр 282), что вышла в РАН ИЭ в 2015 году:

группа специалистов,.. 1941–1942 гг. обследовала ряд шинных заводов,
выбрала предприятие с новейшим оборудованием и в 1943 г.
осуществила контроль за его демонтажем и вывозом в СССР. ...
Компания Форд....передала через правительственную комиссию США имевшееся оборудование нашей стране, которая в нем срочно нуждалась.
Так появился полностью укомплектованный Московский
шинный завод (ныне – «ОАО МШЗ»), вступивший в строй
5 ноября 1945 г. Под его строительство отвели часть террито-
рии 1-го Государственного подшипникового завода
...
Фордовский менеджер Ч.Э. Соренсен сообщал в своих мемуарах о демонтаже и перевозке его оборудования в СССР. Sorensen C. E.
My Forty Years With Ford. -N.Y.: W.W. Norton. 1956. P. 214–215.

  • 1
?

Log in